Идущие. Книга II

Тут и на вату хватит, и на мороженое, и на большой кувшин ледяного мятного чая… Вилле только хотел спросить у Анри, чем лучше порадовать его маленькую смешливую дочку, как Анри заговорил снова, и голос его звучал гораздо озабоченней, чем когда он говорил про гвардейцев:

– Фабрику в прошлом году подожгли, так там, на стене одного обгоревшего корпуса, жандармы нашли намалёванное краской послание. Мол, а следующим сожжём ваш городской карнавал. Дикари эти южные… Не нужно вам, господин Вилле, оставаться на празднике до полуночи.

Днём-то они не посмеют, а вот в темноте… Мы с Мари часов в шесть уйдём, и вас я очень попрошу не задерживаться.

Вилле нахмурил брови в темноте громыхающего фургона. Но ведь вечером будет всё самое интересное… Он не хотел обидеть Анри, поэтому произнёс:

– Да, Анри, я понял.

Фургон покатил дальше. Он миновал рощицу лимонных деревьев, за которыми в жёстких колючках скрывались камни фундамента какой-то старинной усадьбы, давно ставшие домом для ящериц, и скоро уже должны были показаться стройные кипарисы, а, значит, скоро надо было выходить.

Анри тоже это знал и ещё чуть-чуть замедлил ход – чтобы Вилле было удобнее прыгать.

– Я уверен, что господин наместник, ваш дед, рано или поздно избавится от этой южной заразы, – сказал Анри, чтобы подбодрить. – Он вышвырнет их так глубоко в пустыню, что они все попередохнут от жары и жажды, прежде чем найдут обратный путь.

Вилле кивнул, потом, спохватившись, что Анри его не видит, ответил.

– Конечно, так и будет. Я скоро вырасту и помогу ему в этом.

Я тоже стану гвардейцем. Жаль, что дедушка уехал по делам в метрополию. Будь он на празднике, никому бы не пришлось волноваться, что дикари могут напасть, да и мне бы не пришлось сбегать тайком – дед бы взял меня с собой…

– Не грустите, – сказал ему Анри. – Он не оставил бы вас, если бы не случилось что-то важное.

– Да, его вызвал король… Только зачем, дедушка не сказал. Вот поэтому ещё мне очень хочется поскорей вырасти: чтобы он доверял мне, как равному, и делился, если его что-то гложет.

И потом, тогда меня никто уже не будет насильно держать за столом с учебниками в такой прекрасный день.

– Разумные мысли, – одобрил возница. – Однако я думаю, что он вам и так доверяет. Не хочет лишь, чтобы вы из-за него переживали. Ваш дед – замечательный человек. Тпрру… Кипарисы, господин Вилле.

Вилле завозился, отряхиваясь.

– Спасибо, что подвёз, Анри. Надеюсь, мы увидимся на карнавале.

– Будьте осторожны, ладно?

– Хорошо.