Идущие. Книга I

Потребитель специфического вида продукции, о самом существовании которой никто, кроме нас, не подозревает и, соответственно, получить её не в состоянии. Вот так.

– Но им же тоже можно показать. Двери… и то, что за ними…

– И что они с этим будут делать? Это вне их вкусовых предпочтений.

– Э…

– Ну, садись ты, чего маячишь. Попытаться объяснить, что ли…

Профессор утверждал своё вращающееся кресло в относительно неподвижном покое и скрещивал под подбородком худые нервные руки. Он не улыбался, хмурился, потому что вообще улыбался очень редко, и оттого разговор превращался почти что в лекцию.

Возможно, он видел в Яне немного туповатого студента, но, как всегда, был очень терпелив.

– Тогда объясните мне ещё, пожалуйста, – просил его Ян, – когда и как всё это началось. Когда начались Идущие. Это ведь вы их – нас – открыли?

– Не совсем так. Просто однажды открыли меня.

Не совсем так началось, и не совсем здесь, потому как профессор сказал ему, уже весьма к тому моменту разговора запутавшемуся (а разговор всё длился), что появилась эта самая продукция и сразу появились те, кто её ест – всё едино, что завезли в магазин новый экзотический фрукт.

Большая часть людей сморщилась, – фу, невкусно – а кто-то кинулся сметать с прилавков тоннами. Только в данном случае кинулись те, кто увидел, для остальных-то это просто несуществующее, пустота.

– Завезли извне. Где-то раньше уже было. И кто-то здесь словно бы распробовал, признал.

Эти признавшие – мы. Да, я, должно быть, первый, а потом и прочих нашёл…

– Хорошо. А кто тогда завёз?

– Без понятия, правда.

Возможно, профессор лукавил – уж очень честными были тогда его стально-серые глаза.

– И вот что по поводу тех, кому, как ты предлагаешь, можно было бы показать то, на что смотрим мы. Я им не доверяю.

– Но почему? Они ведь тоже люди.

– С такими же недостатками и достоинствами, да, я знаю. Если на то уж пошло, кое-кто в Организации тоже заслуживает самого пристального наблюдения, потому как темны уголки человеческих душ, и не каждый туда пустит с фонариком… Никто не пустит, будь он в здравом уме.

А там живут черти и иногда выглядывают из человеческих же зрачков, как солдат из амбразуры дота.

Ян устало тёр лоб.

– Тяжко? – сочувственно говорил профессор. – Но ты не грусти, подожди, я же опять не договорил. Это оттого, что хочу кое-что спросить у тебя. Чтобы и ты сам подумал.