Возвращение блудного папы

Я молча смотрю на него. Мне уже не хочется прятать глаза. Смущение постепенно растворяется. Он смотрит на меня вовсе не как на простушку – Алекс пожирает меня глазами. Он хочет меня! Горит желанием. Оно обжигает, плавит мою кожу. Я заглядываю в глубину его глаз, тону в этом омуте и не знаю, как выбраться…

Алекс

Всего пять минут назад я говорил себе, что не стоит торопиться и слишком напирать, лучше замедлиться, чтобы не спугнуть. Ага, замедлился, как же. Пять минут назад я чувствовал себя романическим рыцарем – крайне нехарактерное для меня состояние.

Когда Мышка так на меня смотрит, я забываю слова, а когда она облизывает губы… Я вообще слетаю с катушек. Мне хочется стянуть с ее плечика бретельку и посмотреть, упадет ли сарафан. Вряд ли, ведь он держится на высокой груди Мышки. Которая упирается в мою грудь. У меня тоже кое-что торчит и выпирает настолько, что я готов взвыть от боли: дружка от напряжения в бараний рог скрутило.

Я теряю контроль. Командование берет на себя младшенький.

Светлана

Руки Алекса сжимают мою талию, мне почти больно, но это приятная боль. Мне нравится и хочется чувствовать его силу. Он изучает мое тело ладонями. Его губы на моем виске, движутся ниже и ниже, оказываются на шее. Он целует меня возле уха, и от прикосновения его губ к моей разгоряченной коже по телу волнами разливается блаженство.

Это волшебно. Нежно, мягко, легко…

– Ты сладкая ягодка, – слышу жаркий шепот.

И завожусь еще сильнее. Вот это уже совсем не нежно! Алекс добирается до моих губ, жадно впивается в них. А я… отвечаю тем же. Как долго я мечтала поцеловать его, ощутить вкус губ. Вспомнить того, о котором никогда не забывала. Но сейчас… Я впитываю его в себя, захлебываюсь в нем, пью его. Я первая нарушаю границы и проникаю языком в его рот. Это так интимно, так умопомрачительно! Мы сейчас очень близки… но я хочу большего.

Плевать на все.

Я хочу Алекса прямо сейчас.

Алекс

Как и предполагалось, сарафан не упал, когда я спустил с ее плеч тонкие бретельки – пришлось стягивать с груди. Та упрямилась, не хотела мне показываться, я готов был рвать ткань зубами.

Мышка не позволила мне дойти до полного озверения. Она расстегнула молнию где-то сбоку, и сарафан упал к ее ногам. Затем завела руки назад – и лифчик последовал туда же.