Кабан

Чтобы не напугать тебя.

– Вау. Мне очень страшно. Как же ты целуешься по-настоящему?

– Как мужик, – объясняю я. – Это когда засосал нормально, по-пацански, съел помаду, румяна, тушь…

Маруся хохочет. А я продолжаю:

– Это когда облапал все стратегически важные места и, пока доедал тушь, расстегнул лифчик. А потом ты очнулась после поцелуя – а я уже в тебе.

Когда девушка смеется – это хорошо. Это значит, ты ей нравишься. Маруся над моими словами хохочет так, что вытирает слезы.

А потом внезапно становится серьезной и произносит:

– Кабанчик, я тебе не дам.

– Почему? – задаю я прямой вопрос.

– Потому.

– Ты же хочешь меня.

– Пф-ф-ф!

– А я не просто перепихнуться предлагаю.

– И что же ты предлагаешь, мой озабоченный?

– Я на тебе женюсь.

Глава 4

Маруся

– Паш, ты пьяный?

– Абсолютно трезв.

А я? Вроде не пила… Разве что несколько глотков шампанского. Но перед глазами все плывет. Тело бьет мелкая дрожь, с которой я никак не могу справиться.

А кончики пальцев не то что покалывает – в них вот уже вечность не прекращается горячая вибрация.

Потому что это был невероятный поцелуй… Где Кабанчик научился так томно и страстно целоваться?

И когда он успел отрастить то самое, что так горячо и жадно прижималось к моему бедру, грозя проткнуть насквозь? Там реально нечто аномально огромное! Что никак не вяжется с образом тощего Пашки Кабанчика, каким я помню его с детства.

Конечно, мы встречались с ним и после того, как повзрослели.

Но не так уж часто. Когда я окончила институт, он как раз сдавал выпускные экзамены в школе. А когда он вернулся из армии и поступил в универ, я уехала из города. Я бывала тут наездами, время от времени попадала на тусовки брата, где присутствовала вся компашка. Кабанчик неизменно ко мне клеился, но мне всегда казалось, что он это делает больше по привычке, типа из вежливости. А сейчас…

Какая нахрен вежливость? Он уже почти снял штаны! И ему плевать, что мы на людном празднике, хоть и в уединенной беседке.

Несет всякую чушь. Жениться он собрался…

Чего только не скажет мужик, у которого в штанах стоячая бейсбольная бита, в глазах отражаются мои сиськи, а изо рта капают горячие похотливые слюни. Он весь – чистое неконтролируемое желание.

– Что, Пашенька, секса давно не было? – задаю я вполне резонный вопрос.

– С тобой – никогда, – сразу же отзывается он.

А я понимаю, что попала в точку.