Кабан

Вот только Кабанчик тут совершенно лишний!

– Всем добрый вечер, – произносит Сергей.

И протягивает руку моему отцу. Представляется. А потом вручает букет и целует ручку маме. Она смущенно вспыхивает. Не привыкла к таким галантностям.

– А он что здесь делает? – слышу у своего уха раздраженный голос Сергея.

Я впервые вижу, как его покидает невозмутимость и уверенное спокойствие. Пашка для него – как красная тряпка для быка.

А ведь он еще и не молчит.

– А я тут как член, – заявляет оборзевшый Кабанчик, который услышал недовольное бурчание Сергея.

– Кто?

– Член семьи, – спокойно отвечает Пашка. – И у меня есть пара вопросов к жениху…

Глава 15

Паша

– Что еще за вопросы? – бычится Гусак.

– Размер, например. Очень актуальный для Маруси вопрос.

Я вижу, как у Гуся отвисает клюв, а у родителей моей будущей жены глаза становятся размером с блюдце.

– Я думаю, мама с папой тоже хотят знать, – продолжаю я. – Размер имеет значение!

– Мы приличные люди… – начинает тетя Галя.

Покрасневшая до корней волос.

– Я про размер жилплощади, – спокойно поясняю я. -. А вы что подумали?

Валерий Егорович ржет. Он мировой мужик, мы с ним всегда находили общий язык. Ну да, в детстве, он, бывало, драл мне уши. Но всегда за дело!

И я просто жопой чую, что с новоиспеченным “женихом” у него не заладится. Гусак – надутая важная птица. А Марусины родители – простые люди. Мне даже делать ничего не надо. Просто немного подождать. И все рассосется само собой.

– Кабанчик, уймись, – снова щиплет меня Багира.

Лучше бы укусила. Или поцарапала. Что за детский сад? Щиплет она меня… Гусака вон ущипни! Чтоб не раздувался до индюшачьих размеров.

– У меня дом в “Изумрудном” и квартира в центре. Устраивает?

“Изумрудный” – элитный коттеджный поселок в пригороде. Неплохо. А, впрочем, другого я и не ожидал. Знаю, что Гусь хорошо упакован. Наводил справки.

– Марусь, тебе нравятся “Изумрудный”? – обращаюсь к Багире.

– Паша! – возмущенно пыхтит она, косясь на Серого.

– А мне кажется, “Южная усадьба” лучше. Там дома на берегу реки. А в “Изумрудном” реки нет, только лесополоса в три березы.

– Паша, тебе пора, – Маруся теснит меня к выходу.

– Я пельмени не доел! Вы меня выгоняете? – смотрю на все семейство.

– Ни в коем случае! – вступается за меня Галина Петровна. – Пойдемте все на кухню.

Золотая женщина! От нее никто и никогда не уйдет голодым. Даже если будет сопротивляться.