Жертва ради любви

Ей удалось вырваться, подбежать к ночному столику и схватить пистолет, иначе ее бы просто не было в живых. Тем не менее, несмотря на очевиднейшие доказательства, судья пошел против наших рекомендаций и установил сумму залога в миллион долларов, которые мистер Уэбб немедленно заплатил. Затем он…

– Он заплатил залог в миллион долларов? – спросил Торнтон.

Они с Крисом с удвоенным интересом посмотрели на Джули.

– Сколько же у него было денег? И в чью же пользу они пошли?

Она закрыла глаза и сжала руки на коленях.

Кэти что-то ответила Торнтону, но Джули этого не слышала. Она снова и снова спрашивала себя, как же это получилось? Когда-то она была счастлива, и Алан тоже. А затем все вдруг изменилось. Алан стал капризным, злым, и все стремительно покатилось под откос. По ее щеке скатилась слеза.

– Держите. – Крис наклонился над ней и протянул ей коробку с бумажными носовыми платками. В другой руке он держал бутылку воды, тоже предназначенную ей. – Они так заняты спором, что даже не заметили, как я вышел из комнаты, чтобы раздобыть для вас воду и платки.

Он указал на окно, у которого стояли Торнтон и Кэти и о чем-то горячо спорили. Джули настолько погрузилась в размышления, что тоже не заметила ничего из того, что происходило вокруг нее.

Женщина вытерла слезы носовым платком, затем взяла бутылку с водой.

– Спасибо, – сказала она.

– Пожалуйста. – Он снова указал на Кэти и Торнтона: – Мне кажется, им еще потребуется какое-то время. Вы не хотите выйти отсюда?

Она удивленно моргнула.

– Вы разве не хотели меня допросить? Или вы хотите вытащить меня отсюда и задавать вопросы в отсутствие Кэти?

Он склонил голову набок и снова выглядел как симпатичный, привлекательный сосед, а не как черствый полицейский.

– Вы мне доверяете? – спросил он.

– Нет.

Он рассмеялся.

– Один – ноль в вашу пользу за честность.

– Извините.

– Не извиняйтесь. Никогда не извиняйтесь за правду. – Он посмотрел на Кэти и на своего шефа, по-прежнему поглощенных спором, а затем перевел взгляд на Джули. – Я хотел бы вам напомнить, что я – полицейский и принес клятву служить и защищать. И если вы не доверяете мне, я опущусь до шантажа.