Знаки судьбы

– Я не хочу, чтобы они уходили. Переведите землю на них.

– Что, простите? – Пожилой адвокат заморгал, сделавшись похожим на филина.

– Мистер Леонард, земля мне не нужна. Дела у меня идут неплохо. Конечно, меня ни по каким меркам нельзя назвать богатой. Но все, что мне нужно, – у меня есть. Я не хочу жадничать. Фермеры много лет обрабатывают землю. Они ее заслужили. Я хочу поступить по справедливости. Не сомневаюсь, мама с папой меня бы одобрили.

Адвокат явно хотел возразить, но лишь кивнул.

– Что ж, земля ваша.

– Благодарю вас.

Дон закончил свою работу и убрал иглу. Но, когда Бекс попыталась встать, он ее удержал:

– Мне еще нужно забинтовать руку!

Бекс вздохнула:

– Если работа с документами займет много времени, может быть, сделаем все по электронной почте? Включая продажу маминого дома.

Адвокат нахмурился:

– Почему вы хотите так поступить? Вы сейчас здесь. Если несколько недель – слишком долгий срок, я постараюсь ускорить процесс.

– Не хочу, чтобы вы спешили из-за меня. Но после сегодняшних событий мне хочется скорее уехать. Если позволите, я выпишу на вас генеральную доверенность.

– Конечно, вы имеете право так поступить. Но позвольте напомнить, что многие люди предпочитают выписывать генеральную доверенность не своему адвокату, а человеку, которого они знают и которому доверяют.

– Мама вам доверяла. Мне этого достаточно.

Он слегка покраснел. Неожиданно до Бекс дошло: скорее всего, его с Дороти связывала не просто дружба.

Мистер Леонард откашлялся.

– Мисс Кейн, спасибо за доверие. У меня в офисе имеется типовой бланк генеральной доверенности. Вы можете ее подписать. Когда закончите здесь свои дела, я вас провожу. У Марты есть лицензия нотариуса. Она засвидетельствует подлинность наших подписей и заверит документ.

– Пожалуйста, чуть-чуть поднимите руку, – попросил Дон.

Бекс подняла руку, чтобы он мог наложить бинт.

– Значит, мы договорились, – обратилась она к адвокату. – Чем скорее я уеду из Дестини, тем лучше. Здесь для меня не осталось ничего, кроме плохих воспоминаний.

Уловив краем глаза какое-то движение возле машины, она подняла голову и увидела Макса. Он стиснул челюсти, глаза у него потемнели.

– Макс… м-м-м… привет. Давно ты здесь стоишь? – спросила она.

– Достаточно.

Горечь в его голосе ее удивила.