Сны Лютевилля

Расклеенные на столбах города афиши с анонсом его долгожданного выступления в «Театре Грёз» доводили красоток до исступления. И вот уже, бесцеремонно толкаясь, они, подрагивая от холода, пробивались сквозь молочную мглу к мотелю, чтобы попытаться попасть внутрь и вычислить апартаменты маэстро.

Вдоволь насладившись уличным гулом, Роквелл опрокинул терпкий напиток одним махом, поморщился с довольной ухмылкой и, натерев смычок канифолью, взял в руки инструмент. Сыграв четверть концерта в страстном порыве, увлечённый любимой музыкой и самим собой, он распахнул окно и высунулся наружу.

Необузданная истерия не заставила себя долго ждать, и Роквелл, не закрывая окна до конца, исполнил для своих поклонниц ещё несколько длинных произведений. Подступала ночь, скрипка, раздирающая души, умолкла. Когда он снова выглянул из окна, на его глазах один за другим погасли фонари. Крики у ворот стихли, и он позвонил импресарио для личного разговора, после чего омылся и быстро уснул.

На следующий день, в субботу, после полуденной сухой мерзлоты и по прошествии ошеломительного выступления, разгорячённый и уставший Роквелл, покидающий «Театр Грёз», как и шумная толпа ликующих поклонниц, бывших на концерте, услышали звон колокольчиков, доносившийся с разных концов улиц.

По обычаю, так разносили важные и срочные новости. И сейчас напротив театра, примерив на себя маску важного господина, какой-то мужчина твёрдым баритоном призывал ко всеобщему вниманию. Он стоял на высоком табурете, держа колокольчик в одной руке, вытирал капельки пота со лба платком, зажатым в другую, и скандировал: «Слушайте, слушайте!»

Но его голос растворился в женских криках: девушки затеяли драку, пытаясь таким образом «поделить» внимание желанного маэстро.

Сам же мистер Роквелл, приближался к карете в длинной шубе из горностая, спасая себя и драгоценную скрипку.

О странном происшествии Роквелл узнал уже от импресарио, с которым поделился новостью ушастый кучер. И они, как и многие другие жители Лютевилля, направились к побережью, чтобы увидеть чудо своими глазами.

Лошади отчаянно заржали, поднялись на дыбы, карета пошатнулась, и неугомонные женщины ринулись догонять ускользающего кумира, цепляясь руками за стёкла и боковые части кареты.

Блондин лучезарно улыбался им в ответ.

Вокруг музыканта мелькали незнакомые люди и улицы. Под ногами, копытами и колесами хлюпала жуткая слякоть вперемешку со сброшенными последними листьями.