Зови меня Волком

Княгиня понемногу отходила от горя, и тоже нежно улыбалась, глядя на пушистых малышей и своих девчонок. Она и сама казалась совсем ребёнком, напуганным и нежным.

Уже пару месяцев Волк ухаживал за княжьей сворой. Жизнь при дворе оказалась спокойнее, чем в корчме, где всё зависело от длинного языка Любомира и настроения Косого с Птахом. При дворе же главное не высовываться с псарни и не показываться лишний раз князю. Брониимир хоть и открыл город, но зло на людей затаил. Взял за правило: каждый день выезжать с обзором, как в юности.

Волк зашёл в загон, отсыпал из мешка в корыто сухих хлебных корок и залил это водой. Оглушающий лай заполнил двор.

– Заприметили кормёжку? – обратился к собакам Волк, подходя к клети.

На чёрный двор вбежали две княжьи девчонки.

– Кис-кис-кис, – наперебой звали они.

Под ногами послышался тонкий писк: рыжий облезлый комок шерсти проскользнул в загон.

Влаксан поднял котёнка. Махнул рукой, подзывая одну из девчушек:

– Следите за зверьём, – мягко сказал он, протягивая сквозь решётку котёнка, – князь на охоту собирается, псы пятый день впроголодь, для них сейчас эти мальцы – лакомство на один зубок.

– Благодарю, – улыбнулась девка, явно не торопясь уходить. Помявшись, она добавила, – А правда, что ты не позволяешь никому кормить псов?

– Верно.

– Что ж, не боязно тебе с голодными зверьми в одном загоне сидеть? – спросила девка, радостно улыбаясь.

– Меня не тронут. Они знают, что я их кормлю, и знают, что могу плетей всыпать, – пояснил Волк и нерешительно добавил, – но ежели князь ещё день помедлит с охотой, то уже и я их не удержу.

Едва Волк открыл задвижку на клети, псы, толкаясь и возбуждённо лая, бросились к корыту. Девки, вереща, побежали обратно в Княжий сад.

Из дома, спотыкаясь, вылетел слуга:

– Псарь, княгиню видел? – спросил тот, пробегая мимо. Волк молча махнул рукой за терем, в сторону распахнутых ворот.

Следом вышел ключник и, бросив недовольный взгляд в сторону псарни, пробежал к конюшням.

Двор затаился, только слышно было, как псы громко лакают из корыта, огрызаясь за каждый кусок. Только когда за дворцовой стеной прозвенели бубенцы княжьей повозки, из изб показались дети. Снова застучали инструменты, и девчата обступили колодец.

Только за полночь тихо со стороны красных ворот послышался топот копыт и приглушённые голоса. В тишине ночи было отчётливо слышно, как ключник раздаёт указы.