Темная адептка. Учеба по привычке

Я всего лишь помогла ему справиться с кошмаром – и точка!

* * *

Утро в Карагате наступило промозглое, туманное и прохладное. Лёгкая дымка стелилась по двору, словно прилипая к брусчатке. Колючие иллюзии Арии уже развеялись, даже жалко, что боевики с ними не встретились. Возможно, им удалось бы сбить с магов спесь – наступи они на пару-тройку колючек, не посматривали бы сейчас настолько высокомерно, точно перед ними были не такие же адепты-выпускники, а калечные побродяжки. Тут я вспомнила о внешнем виде парней и признала, что как бы да, заслужили.

И всё-таки презрительные взгляды были единственной реакцией. Никто не позволил себе ни единого оскорбительного словечка, а сказать боевикам хотелось многое – по глазам видела, по поджатым губам, по рукам, сжимающим рукояти мечей, по кулакам, затянутым в чёрные перчатки. Сейчас, вблизи, я начала подмечать и иные детали: подчёркнуто военную выправку боевиков, до блеска начищенные кожаные сапоги, идеально выбритые щёки.

Резкое хлопанье крыльев возвестило о приближении летуна, я задрала голову и вздрогнула, заметив в воздухе чёрную громадину, она промелькнула в тумане смазанным пятном и ушла резко вправо, точно сомневаясь, снижаться ей дальше или нет.

Боевой чёрный грифон! Я впервые видела это существо вживую. Крупнее обычных ездовых грифонов раза в два с половиной, эта птица обладала чёрным оперением, большим размахом крыльев и смертоносными когтями, способными пробить даже чешую дракона.

Первыми отреагировали боевые маги и слаженно сделали несколько шагов назад. Мы посторонились не так чётко, всё-таки костыли даже здоровым мешали. Боевой грифон приземлился, обдав нас порывом ветра, мерзкий скрежет когтей по брусчатке пробирал до дрожи, впрочем, интерес к ним был тут же утрачен, едва мы рассмотрели всадника.

Во дворе гарнизона стало тихо, можно было расслышать говор, доносившийся из соседней казармы. Боевые маги молчали, что касалось выпускников Школы Иллюзий и Преображения, то мы и дышать старались через раз, втайне мечтая, чтобы туман уплотнился и сделал наш позор не таким заметным.