Аккад ДЭМ и я. Призванная

– Это иллюзия? – с надеждой в голосе протянул рыжеволосый здоровяк с изогнутыми рогами.

– Я рассчитывал получить нечто… более внушительное, – брезгливо скривился татуированный блондин.

Нимфеи считаются безобидными элементалями, насилие нам чуждо, но в тот момент мне захотелось стукнуть чем-нибудь тяжелым по разукрашенному руническими символами лбу. Впрочем, кровожадные мысли улетучились, едва я услышала:

– Придется тебе, Марог, пользоваться тем, что призвалось. – Третий невозмутимо вложил два изогнутых меча в ножны.

Этот тоже оказался блондином, однако отличался от соседа нездоровой бледностью лица, на котором сверкали синие глаза. К самим глазам претензий не было: выразительные, миндалевидные, в облаке длинных пушистых ресниц, вот только взгляд мог парализовать все живое на расстоянии двадцати шагов. Нимфеи улавливают эмоции, исходящие от живых существ, так вот, от этого типа веяло прямо-таки ледяным спокойствием и нереальным самообладанием. Я невольно поежилась. Вот же отмороженный! Будь он человеком, порекомендовала бы срочно показаться целителю или проклятийнику.

Татуированный оценивающе осмотрел меня с ног до головы и с безнадежной тоской в голосе поинтересовался:

– Как вы думаете, сколько оно протянет?

Приглушенно всхлипнув, принялась отступать. Как-то не так я представляла себе первый раз. Моменты близости у нимфей предопределены Богиней. Мы слышим Зов. Прислушалась к себе и выдохнула. Зова я не чувствовала, а значит, никому ничего не должна. Попробуют настаивать – сами будут виноваты.

Я уже приготовилась бороться за честь нимфеи, как случилось то, чего я никак не ожидала!

Рогатый недвусмысленно взмахнул молотом и кровожадно заявил:

– Надо проверить скорость регенерации.

Богиня, за что?! Это какая-то ошибка! Мечты о крохотном лесе или долине, о которых я стала бы заботиться, воплотились в самый настоящий кошмар.

Я покрутила головой в надежде увидеть след Изумрудного портала, но тот растаял без следа. Зато под ногами я заметила начертанную восьмиконечную пиктограмму.

Следовало броситься в сторону, сойти с траектории удара, но ноги будто приросли к земле. Я стояла и не могла пошевелиться.