Как довести прекрасного принца

Ведьмочки – народ храбрый, да и ведуны не из трусливых, особенно когда выпьют для поддержания морального духа. Вот и мои сокурсники изрядно повысили уровень отваги в местном трактире, да так, что к лесной опушке мне пришлось тащить их едва ли не на себе. А как мы шли по единственной в Ивовске улице! Как нас заносило из стороны в сторону, а какие замечательные песни горланили мои спутники.

– Молчишь?

– Да так… Кое-что припоминаю, – слабо пролепетала я.

Ведь не сделала же ничего дурного, а всё равно неловко! Ещё и этот гад белобрысый смотрит с таким укором, словно я в Ивовске последний стыд растеряла.

Внезапно Арнелль положил руку мне на плечо:

– Элли, поедем со мной. Придётся помогать в лекарне, не переживай, работы там немного, зато всё будет как раньше.

Я едва подавила скептический смешок:

– Станем лазать по деревьям, объезжать единорогов и просиживать часами в городской библиотеке?

– Уверен, мы найдём чем заняться.

– А что не так в атмосфере Академии ведьм и ведунов? – Я дёрнула плечом, сбросив руку Арнелля. – У нас, между прочим, солидное учебное заведение. И ведьмой я из-за того, что переберусь в Златолесье, быть не перестану. Да мне нравится быть ведьмой! От эльфийских нарядов у меня уши не прорежутся!

– Да при чём тут уши?! Речь идёт о твоём будущем!

– А с ним что не так? Метлу получу, диплом тоже, с работой определюсь… Наверное.

– Отец хочет устроить твою судьбу. И я… тоже, – добавил белобрысый эльфийский лось совсем тихо и покраснел.

– Спасибо, но как-нибудь сама… – пробормотала я и принялась украдкой изучать ауру его высочества.

Вдруг и правда что стряслось? Пусть мы не виделись целых пять лет, но регулярно переписывались. Арнелль знал о моём обучении практически всё. Да что там учёба, он заочно был знаком со всеми преподавателями и даже с некоторыми ведьмочками.

– Всё в порядке? Нелли-и-и? – удивлённо выдохнула я, потому что Арнелль опять положил руки мне на плечи и слегка наклонился к лицу.

До чего же у него глаза красивые, синие, точно первоцветы, и смотрят так, словно кроме тебя на свете больше никого не существует.

– Ты изменилась, Элли.