Вдохновляющая на любовь

Подметали, чистили, встряхивали. В середине дня был перекус на ходу, а к вечеру когда думала что все-таки упаду, нас снова собрали за столом. Похвалили за день и вынесли долгожданное сбитое мясо. У меня гудела голова и болели ноги до слез, но клянусь – это мясо вылечило бы и мертвого. Похожее на отбивную только без кляра, с какими то корнеплодами, оно таяло во рту и, серьезно, нисколько не привираю, придавало сил!

Стоит говорить, что нахваливала еду я так же усердно, как и ела? Чем снова заслужила довольный взгляд повара и добродушные смешки остальных.

Когда все стали подниматься, поняла что похоже засну прямо за столом. Ибо сил не было. И тут мою посуду подхватила Тиа.

– Ничего, для такой болезненной, целый день отработала, даже не ожидала. – тихонько прошептала она – ты сиди пока, я подсоблю, а на обратном пути помогу до комнаты дойти, вижу что рухнешь сейчас. Вдруг ещё отправят тебя на разные работы, а мне потом какую нибудь калошу ленивую в напарницы сунут. Ты то вон на совесть делаешь все, меня не обманешь.

А что с непривычки, так это поправимо.

Вот так меня под руку довели до постели. Скинув туфли, я уже собиралась лечь в чем мать родила, как рядом плюхнулась огромная сорочка.

– Бери, – хмыкнула соседка – вернёшь потом ажурную, чтоб я как аристократка спала.

– Обязательно! Да хоть как принцесса! Знаешь Тиа, я тебя, кажется, уже люблю – абсолютно искренне воскликнула, на радостях от таких простых вещей.

Стянула платье, закуталась в сорочку и завалилась на кровать.

Засыпала я под бухтение о том, что попала из какого то явно ужасного мира, где за тарелку каши поют оды, а за соседскую выручку признаются в любви. И внутренне согласилась.

Потому что на Земле, такую попаданку уже упекли бы в психушку, в лучшем случае. А здесь я засыпаю в тепле, одетая и сытая, среди таких добрых людей, которых за всю свою жизнь почти не встречала. Стоит ли говорить, что улыбалась я как ненормальная? Или и так понятно?

Глава 7

Следующие три дня были как под копирку.

Я мылась, ела, работала, ела, спала. Менялись только блюда, мой восторг ими оставался неизменным.

На второй день после ужина, я попросила студень, пытаясь не сдать, что он для Тарка, а повар сделал вид, что мне поверил. В итоге, все остались довольны. Здоровяк, кстати, так меня благодарил, как будто это я ему студень готовила.

К концу третьего дня каждый из коллег мне казался как минимум близким приятелем. Нелегкий труд вообще быстро сплочает.