Дочь Севера. Горячее сердце

Больно – безусловно. Трудно дышать – ещё как. Трясёт от его присутствия – так дорога дальняя, а идти нам на разных концах построения. Ничего потерпишь. Потерпишь!

Снова стала растирать лицо снегом. Будет иронично, если я и правда простужусь. Но уж лучше так, чем снова разрыдаться. Уверена, что глаза только-только стали принимать обычный облик.

Все будет хорошо. Пережили смерть мамы, пережили малодушие отца. Переживем и предательство любимого. Если ещё мое тело, вспомнит кому оно принадлежит, перестанет трястись и гореть от одного его присутствия, вообще можно считать жизнь наладится!

Я перекусила в одиночестве, выпила уже холодный, но не потерявший своих свойств успокаивающий отвар из фляги.

Гастиль диль ван хейзен Примонд

Девчонка возвращается ровно ко времени. Идёт напрямую к рюкзаку. А командир объявляет, что мы выдвигаемся дальше.

Идти впереди очень хороший способ не видеть никого из членов небольшого отряда. Ещё будь способ не слушать постоянную болтовню Вайлона, путешествие стало бы совсем сносным. Хотя кого я обманываю?

Это невыносимо! Я заставляю себя не думать о ней. Не прокручивать раз за разом наши встречи, разговоры. Не искать в них то, чего там быть не может. Не видеть перед глазами ее плавные изгибы, пухлые губы, открытую улыбку. Не слышать звонкий голос, громкий смех, тихие стоны.

Гипнотизирую однообразный пейзаж. Пытаюсь сосчитать деревья. Различить оттенки белого снега. Даже честно старался вслушиваться в бесконечные разговоры лучшего друга. Но все бестолку…

– Гас, эй? Ты меня вообще слышишь? – в очередной раз окрикивает меня Вай и зло сверкает зелёными глазами.

– А ты ещё не понял? – тяжело вздохнул – Прости, друг. Я сегодня не лучший собеседник.

– Да это и так ясно, – фыркнул он, – сегодня, завтра, всегда.

– Но это не значит, что ты вдруг стал резко сильнее, – пихнул его локтем.

– Ну хоть какое-то движение, – усмехнулся Вайлон, – а то впору с деревьями начинать общаться. Хотя и они поактивнее будут.

– Спасибо, – я улыбнулся другу, – что рядом.

– Как всегда, – задрал нос блондин, поправляя выбившиеся пряди, – чтобы ты без меня делал?

– Проходил бы распределение в имперском корпусе, а не в богами забытой дыре? – я вопросительно изогнут брови.