Поросенок с лисьим хвостом

– Что это? – поинтересовался Иван Петрович.

– Акт сдачи-приемки. Тебя же все устраивает?

– Не знаю, – смутился Иван Петрович.-А должно?

– О, муки! – закатил глаза бес. – Да что ж такое?! Я сказал, это ТВОЙ ад. И рай тоже ТВОЙ. Ты к этому всю жизнь готовился, если верить документу.

– Я не очень понимаю, – залепетал Иван Петрович.-Каждый человек в течение жизни стремится в лучший мир, а тут…

– Нормально всё, – перебил его бес. – Плохие мучаются, хорошие наслаждаются. Кстати, с твоего последнего начальника прямо сейчас сдирают кожу.

– С Василия Кузьмича! – ужаснулся Иван Петрович.– Так он что… тоже…?

– Пока нет, – ответил бес. – Но ты же хотел, умерев, созерцать его адские муки.

– Погодите…, – осенило Ивана Петровича внезапной догадкой.– Если Василий Кузьмич тут мучается, значит и теща моя, и дворник Бахмет, и та противная тетка из продуктового тоже? И депутаты коррупционные, и парочка президентов недружественных стран? А еще певец этот с гнусявым голосом, микрофон ему в жо…

Послышался протяжный, полный страдания стон.

– Ага, – кивнул бес.

– Круто! – обрадовался Иван Петрович. -Значит, то, что мы представляем себе при жизни, сбывается потом?

– Так точно! – шутливо козырнул бес.

– И они тут все вроде как не настоящие, и для моего удовольствия?

– Вроде того.

– А я тот, который всем рулит, получается?

– Да-да-да. Который молодец и в послежизни хорошо устроился, – нетерпеливо щелкнул хвостом бес.

– Понимаю, – снисходительно усмехнулся Иван Петрович. – У меня послежизнь. А у тебя пока всего лишь жизнь. Надо крутиться.

Бес проворчал что-то, но Иван Петрович не расслышал. Им вдруг овладело беспокойство.

– А у них? – спросил он. – У них тоже сбудется? К примеру, ненавидимый мной политик С. Вряд ли в послежизни он мечтает оказаться в моем персональном аду, посаженным на кол.

– Конечно, – ответил бес. – У всех сбывается. На то она и послежизнь.

– Неправильно это, – покачал головой Иван Петрович. -Где воздаяние? Судилище страшное? Нужен кто-то объективный.

– Где ж его взять, – равнодушно пожал плечами бес.

– Ладно…, – решил Иван Петрович, – позже разберусь.

Он поставил подпись, и бес исчез.

***

Иван Петрович еще немного понаслаждался страданиями недругов, потом перешел дорогу и постучал в райские врата.