Обвинение предъявлено Гурову

Гуров посчитал бессмысленным задавать вопросы следователям, явно настроенным враждебно в отношении него. Оба «безопасника» не спешили раскрывать свои карты. Видимо, они надеялись на то, что сыщик потеряет душевное равновесие, ломая голову над тем, почему был выдернут из собственного дома.

Лишь на месте, в кабинете, эти ребята решили приступить к делу.

– Чем вы занимались вчера вечером, Лев Иванович? – поинтересовался Деветьяров, усаживаясь за стол и не предложив Гурову присесть.

Сыщик самостоятельно выбрал стул и сел, расположился так, чтобы оба следователя находились в поле его зрения.

– Какое именно время вас интересует? – ответил вопросом на вопрос Гуров.

– Все. Начиная с того момента, как вы покинули здание Главка, – терпеливо пояснил следователь УСБ.

– С удовольствием. Только сначала скажите, на каком основании я задержан, и так, чисто для развлечения, объясните мне мои права, – спокойно потребовал сыщик.

Сверчков попытался что-то сказать, но напарник остановил его. Дескать, еще не время.

Несколько секунд два полковника сверлили друг друга взглядами. Затем Деветьяров отвернулся и достал из стола довольно объемную папку с делом.

С минуту он молча перебирал листы внутри нее, словно отыскивал нужный, а потом с тяжелым вздохом заявил:

– Лев Иванович, давайте пока поговорим без формальностей и протокола. Не буду ходить вокруг да около.

– Очень интересно, – сказал Гуров и осведомился: – А почему в таком случае мною занимаетесь вы, а не следователи ГИБДД?

– На это есть две причины, – ответил Сверчков. – Во-первых, со вчерашнего дня и до окончания расследования все, что связано с вами, будет передаваться в наше распоряжение. Во-вторых, сбитый вами человек находится в тяжелом состоянии.

– Вот, стало быть, как! Браво, майор! – заявил сыщик. – Неужели вы думаете, что такими необоснованными обвинениями меня можно легко вывести из равновесия и заставить совершить опрометчивые шаги? Вы полагаете, что мне такие уловки незнакомы?

– А вы можете совершить какой-либо опрометчивый шаг? – каким-то совершенно невинным, наивным тоном поинтересовался Деветьяров.