Между двумя мирами

Среди этих диких людей бытовали легенды и предания, в которых фигурировали эльфы, феи и даже страшные «корнуоллские коты» размером с добрую лошадь. Но Иоанн этому, разумеется, не верил. Он, король, был выше россказней этих невежественных крестьян. Он даже в короля Артура не верил, если говорить по правде. По-видимому, благородный легендарный король, воплощение справедливости и силы, был слишком откровенным упрёком ему, Иоанну. Король не хотел этого видеть – и не видел.

Если же ехать от замка Лонстон строго на запад, то недалеко и до побережья Кельтского Моря, сурового скалистого берега, сплошь изрезанного бухтами и заливами.

Если смотреть на эти многочисленные фестоны с высокого берега в солнечную погоду, то можно увидеть картину незабываемой красоты – спокойная вода в них переливается всеми оттенками голубого и бирюзового цвета, сияя и искрясь. Но такой красотой побережье балует людей нечасто. Куда привычней здесь штормы, когда тёмная, серая с оттенком синевы вода неистово бьётся у берега и ревёт, как разъярённый зверь.

Кортеж короля Иоанна, преодолев трудности долгого пути и оставив за собой красоты Дартмура, подъехал к замку Лонстон на закате, когда небо на западе окрасилось в великолепные пурпурные тона, обещая завтра солнце и ветер. Навстречу королю выбежал управитель замка и склонился в низком поклоне. Король едва взглянул на него.

– Ужин, Катиджери, а потом ванну, – пробурчал он, – я устал и весь взмок. Хочу отдохнуть. И девицу не забудь мне под бок положить, чтобы лучше спалось.

Управитель склонился ещё ниже.

– Всё будет так, как вы желаете, мой повелитель, – проговорил он, хотя знал, что король и не думает слушать его.

Засуетились слуги. В очаге запылал огонь. Во дворе замка стоял шум, и царила суматоха. Конюхи принимали лошадей, вели их чистить и поить, личные слуги нескольких важных господ, сопровождающих короля в этой поездке, носили вещи своих хозяев в выделенные им покои, а король уже развалился в кресле у стола и попивал поднесенное ему вино.

Вскоре стол был накрыт, и Иоанн быстро насытился, не получив, впрочем, большого удовольствия от приготовленных для него яств.

– Завтра изволь сделать стол, достойный короля, Катиджери, – хмуро проворчал он услужливому слуге. – А теперь ванну и спать.

Король уже поднялся на ноги и собирался отправляться в свои покои, когда услышал кельтскую речь – двое слуг у выхода из зала обменивались репликами. Это было недопустимо.