Любовь и… любовь

Она всё правильно поняла в несчастливых обстоятельствах Ликиной жизни и нашла-таки дорогу к спасению.

– Это у тебя депрессия, девочка моя, настоящая, не та, которую называют хандрой, а медицинский диагноз, – заключила она после всех осмотров и обследований. – Обманывать не буду, болезнь скверная, однако подняться на ноги можно, хоть и не так скоро. Ты ведь этого хочешь?

Она внимательно посмотрела в глаза Лике, казалось, в самую душу заглянула и там увидела ответ на свой вопрос.

– Вот и хорошо, – сказала, – тогда ты крепко ухватишься за мою руку и пойдёшь за мной.

Самой тебе не выбраться, помни, так что руку мою не отпускай, держи изо всех сил. Я тебя выведу.

И вывела, спасибо ей огромное. Лика как будто во второй раз на свет народилась, когда жизнь вокруг опять засияла красками. Осознание потери никуда не ушло, но отношение к этому изменилось.

На работе и знать не знали, какую тяжелейшую борьбу за свою жизнь вела их начальница Анжелика Викторовна, мрачная и неразговорчивая, но обязательная и исполнительная женщина.

А как раз к концу этой эпопеи, когда совместные усилия врача и пациентки привели к весьма обнадёживающим и даже радующим результатам, Лика получила новую должность и переехала на другую квартиру. Так ей посоветовала Наталья Карловна, её ангел-хранитель.

– Ты должна начать жизнь снова, Анжелика, и лучше на новом месте, – сказала доктор. – Я, конечно, уверена в тебе, но лучше всё-таки убрать лишние факторы риска.

И Лика последовала её рекомендации, как делала весь этот последний год, когда врач настойчиво, шаг за шагом вытаскивала свою пациентку из смертельной трясины депрессии, ни на минуту не разжимая однажды протянутой ей руки.

6

И вот теперь Анжелика Викторовна, уже твёрдо стоящая на ногах женщина, готовилась встретить в одиночестве наступающий Новый год и свой очередной день рождения.

Сорок лет, размышляла она, много это или мало? Вроде бы и много, и ждать от жизни впереди ничего хорошего уже не приходится. Но с другой стороны, в сердце ещё живы трепетное ощущение любви и тепло, которое хочется отдать другому живому существу.

Подзабылись, было, придавленные обстоятельствами, но теперь ожили. И снова радости хочется. И фейерверк манит к себе, как раньше.

Лика подошла к окну. На пригорке мужчины уже закончили приготовления и собирались начать своё волшебное представление. Бах! И в небо взвился первый сказочный букет, серебристо-белый. Бах! Бах! За ним красный, следом зелёный.