Убежать от дракона

Ты слышишь?

Мария наконец начала немного просыпаться и поняла, почему голос ночного визитёра показался ей знакомым. Это же Радэн.

– Ты будешь принадлежать только мне, – прошептал он, прежде чем коснуться губами её губ.

Этот поцелуй был нежным, словно касание солнечного луча. Мужские губы не требовали, не ставили печать, они ласкали, отдавая нерастраченную нежность.

Маша и сама не заметила, как её руки поднялись и обхватили шею Радэна. А сам мужчина растянулся рядом с нею поверх покрывала.

Поцелуй становился всё глубже, настойчивее, нотки страсти, поначалу тихие, почти неслышные, начинали звучать во всю свою мощь.

Машины пальцы запутались в длинных волосах мужчины. Ночная сорочка, которую она надела перед сном, вдруг начала мешать, не позволяя во всей полноте ощутить прикосновения Радэна.

– Ты такая сладкая, – он на мгновение оторвался от неё, позволяя глотнуть воздуха перед следующим поцелуем.

Но тут в дверь постучали.

– Мариэн, ты не спишь? Позволишь войти? – раздался снаружи голос Натэна.

– Чёрт! Как же он не вовремя. – зло прошептал Радэн. И ещё раз быстро коснулся губ Марии, словно желая запомнить вкус её поцелуя.

Затем мужчина вскочил с кровати, одним изящным движением вспрыгнул на подоконник, распахнул створки и шагнул вниз.

Маша ахнула. Здесь же третий этаж! Он ведь разобьётся!

Она выпуталась из-под одеяла и подбежала к окну. Перегнулась через подоконник, вглядываясь в темноту ночи, но так и не смогла разглядеть очертания распростёртого на земле тела.

– Что ты там делаешь? – прозвучал за её спиной голос Натэна.

– Радэн, – помертвевшим шёпотом произнесла девушка. – Он выпал из окна.

– Этот проклятый был здесь?! – её отец также подошёл к окну, но в отличие от Маши он смотрел не на землю. Натэн изучал тёмное небо.

– Он тебя касался? – спросил мужчина ледяным тоном, за которым слышалась угроза.

– Нет, – почему-то соврала Мария.

– Это хорошо. Ложись в кровать, – велел отец спустя несколько минут.

– А вдруг он разбился? – обеспокоенная Мария не спешила возвращаться в постель и продолжала стоять у окна.

– Я же сказал – ложись в кровать! – в голосе Натэн явственно послышалось рычание.

Маша опешила и начала отступать от него. Шаг за шагом она двигалась назад, пока не уперлась в препятствие. Ощупала рукой, боясь оторвать взгляд от разгневанного лица, мужчины, называющего себя её отцом.