Сон в летнюю ночь для идеальной пары. Роман

 – Тот самый, который «гениальный журналист» и «будущий главный редактор»?

Ирония в ее интонации была совершенно отчетливой, и Журавский мысленно отругал любимую тетю за болтливость. Соседка, с удовольствием наблюдавшая появление красных пятен на скулах собеседника, неожиданно смилостивилась:

– Впрочем, Ваша рецензия на премьерный спектакль прошлого театрального сезона была остроумна.

– Вы читали? – Журавский не смог скрыть волнения, которое испытывал каждый раз, когда получал отзывы о своих произведениях.

Она неопределенно пожала плечами.

– Трудно отказать Марии Васильевне. Она Вас просто боготворит, – соседка посмотрела на часы и заторопилась. – Извините, мне пора на работу.

У Эдуарда возникло внезапное желание задержать ее. Любая девушка, ценившая его творчество, начинала казаться ему интересной.

– А Вас, как зовут Вас?

– Леднева, Евгения Юрьевна, – безо всякого выражения эмоций откликнулась она.

«Ох ты, еще и по отчеству!» – хмыкнув про себя, отметил Журавский и, подыскивая очередную тему для светской беседы, ляпнул первое, что пришло в голову:

– Скажите, Евгения, а мы с Вами раньше не встречались?

– Евгения Юрьевна, – напомнила Леднева, презрительно смерив его от макушки до пят.

Он не двинулся с места, все так же загораживая ей лестницу, ведущую вниз.

– Послушайте, разве Вам не пора в редакцию… или куда там ходят журналисты? – вспылила она, теряя терпение.

Журавский посторонился, и Евгения Юрьевна стала спускаться.

– А где работаете Вы? – вырвалось у Эдуарда, который едва поспевал за новой знакомой. Леднева наградила его строгим взглядом, и он снова начал оправдываться. – Ну, Вы же про меня столько всего знаете… А я про Вас – ничего. Это несправедливо.

По-видимому, она посчитала вопрос нейтральным и снизошла до ответа:

– Работаю я в школе, преподаю математику.

– А что Вы делаете сегодня вечером?

Черт! Да что ж ему сегодня в голову лезут одни банальности?

Леднева возвела глаза к потолку.

– Вы всегда говорите избитыми фразами? В письменном виде Ваши мысли более оригинальны.

– Это комплимент? – с надеждой спросил журналист.

– Понимайте, как хотите! – отрезала она, но Журавский проявил настойчивость:

– И все же, как насчет вечера?

Евгения остановилась.

– Что я делаю сегодня вечером? – она выдержала паузу и удовлетворила его любопытство.