Охота на принцессу

Жизнь в деревне пришлась ему по вкусу. Свежий воздух, симпатичные служанки, волшебное вино на завтрак – красота. И никаких обязательств, вроде учёбы с утра до вечера, балов, приёмов, постоянных напоминаний, что он наследник престола и должен… должен… Постоянно должен…

– Ваше высочество, – отвлёк его от раздумий голос Алистера. – Нам пора. Вы должны ещё проинспектировать погреба.

Ну вот, и здесь его достали.

– Должен, значит, проинспектирую, – вздохнул он и решительно поднялся из-за стола.

Глава 4

Синьор Портэлл поправил солидную связку ключей на поясе и повел гостей к первому погребу.

– Здесь у нас хранятся бочки этого урожая, – сказал он, натягивая поверх теплого жилета просторный плащ.

– Наденьте, ваше высочество, – герцог протянул принцу такой же балахон из бурой домашней шерсти.

– Это обязательно? – Розан покосился на неприглядную одежду.

– Внизу холодно, – коротко сказал ди Новайо, набрасывая такой же плащ на себя.

Принц скривился от запаха шерсти, но решил, что уж десять минут в прохладе он выдержит.

– Взгляните, ваше высочество! – старый винодел показал Розану дощечку, на которой несмываемыми чернилами было записано количество бочек каждого урожая и место их расположения. – Вот здесь, над нишами, стоят номера, а на каждой бочке выжжено клеймо королевской винодельни и название вина, залитого в бочку. Мы не меняем бочки.

– А если происходит ошибка? – принц оценил длинный ряд высотой с герцога, уходящий вдаль.

– Вино считается бракованным. Клеймо стесывается, и винодельня несет расходы на новую бочку.

– А брак?

– Браку дается возможность добродить, а потом его раздают работникам, либо вывозят в город как традиционный дар горожанам к ближайшему празднику, – ответил синьор Одэлис. – Но, сказать по правде, такое случается крайне редко.

Первый погреб Розан изучил с интересом – огромные бочки на подставках, железки для клейм, журчащая речь винодела – все пленяло своей необычностью.

Однако после погреба с молодым вином они отправились в погреб, полный бутылок “Королевского лекаря”.

– Здесь мы храним самые лучшие бутылки, – сказал синьор Одэлис, открывая другую обитую железом дверь.