Люби меня через годы. Книга 2

– Привет, – Логинов не нашёл ничего лучше, чем ослепительно улыбнуться. Использовал ту самую обаятельную улыбку, которую расточал для своих поклонниц.

Дурак.

Это же Барановская. С ней подобное не пройдёт, потому что она всегда зрит в корень, схватывая самую человеческую суть. Улыбка ловеласа вряд ли придётся ей по вкусу.

Единственное, что могло служить ему оправданием, Ярослав просто не ожидал этой встречи. Да и как он мог ожидать?

Сашка его не разочаровала. Скорчила гримасу отвращения, подхватила сумку и бросилась бежать сквозь толпу.

Логинов смотрел ей вслед и улыбался во все тридцать два зуба. Им овладело какое-то хмельное веселье, когда даже море кажется по колено. Словно он снова стал семнадцатилетним подростком, когда всё впереди, и первая любовь расправляет крылья.

И вообще, это наверняка хороший знак, что он решил развестись с женой, купил билет в Анапу и тут же наткнулся на Барановскую. В прямом смысле этого слова.

Не переставая улыбаться, Логинов поднялся по трапу самолёта.

Сашки не было.

Ярослав почувствовал укол разочарования. И улыбка сошла с лица. Как же так? Неужели он ошибся, и она летит не к родителям? Неужели они случайно столкнулись в аэропорту, чтобы больше не видеться ещё десять лет?

Нет, судьба, ты не можешь быть так жестока! Ведь Ярослав Логинов – счастливчик, которому всё удаётся. Единственный его прокол за всю жизнь – это Сашка Барановская. Первая любовь, разбившая ему сердце.

В салон вошёл ещё один пассажир. И они встретились глазами.

Спасибо, судьба!

Логинов всегда знал, что он счастливчик. И ему в очередной раз повезло. Барановская летела в Анапу. Летела вместе с ним.

Он сжал под рубашкой кулон, с которым никогда не расставался.

Глава 3

Меня колотила крупная дрожь.

Это ж надо было так влипнуть. Ещё не прилетела в Анапу, а уже столкнулась с этим мерзавцем. А иначе его я теперь называть не могла.

Казалось, все взгляды были устремлены на меня. И все понимали, что произошло, что он снова посмеялся надо мной.

Мерзавец! Сволочь! Подонок! Гад!

Внутри всё кипело от праведного возмущения, гнева и стыда.

Я зашла в туалет, умыла пылавшее лицо. Встала перед зеркалом, глядя на своё отражение.

Глаза горели, щёки раскраснелись, волосы растрепались. Да уж, видок ещё тот.