На крутом вираже

Сразу после завтрака Селезнев лично спустился вниз, нашел Гурова в гараже и велел собираться и ехать в Краснодар – встречать Анатолия Олеговича Перевозчикова.

– Я тоже с вами поеду, – сказал миллионер. – Думаю, так будет правильно – в знак моего уважения к Анатолию. Все же в моем бизнесе от него многое зависит. Нам, вообще-то, уже пора выезжать, а то, если на шоссе движение будет плотное, можем и опоздать. Я буду готов через десять минут.

– Ну, мне как раз хватит десяти минут, чтобы проверить машину, все ее системы, – ответил Гуров.

– Как? Опять проверять? – удивился Селезнев. – Вы же только вчера вечером проверяли, при мне.

– Вы, видимо, все же не осознали серьезность ситуации, – заметил Лев. – А она такова, что проверять нужно буквально каждый раз, прежде чем садиться за руль. И уверяю вас – это еще не худший вариант. Хуже было бы, если бы ваш противник пользовался взрывными устройствами. Тогда каждая проверка могла бы стать для меня последней…

Однако пока что неизвестный убийца водителя Горшенина взрывными устройствами не пользовался, с тормозами «Ауди», как выяснил Гуров в ходе осмотра, тоже все было в порядке, и вскоре они уже катили по шоссе в сторону Краснодара.

– Скажите, Георгий Юрьевич, вы ведь не собираетесь перед вашим деловым партнером раскрывать истинную причину завтрашней поездки в горы? – спросил Гуров, когда они проехали часть пути.

– Сложный вопрос, – признался Селезнев. – Вообще, мы с Анатолием, начиная вместе вести бизнес, договаривались, что в серьезных делах у нас не будет друг от друга никаких тайн.

А тут дело, конечно, сверхсерьезное, оно непосредственно касается Анатолия – ведь ему может угрожать опасность. Но, с другой стороны, я, конечно, понимаю, что для вас расширять круг посвященных в наш замысел нежелательно…

– Не просто нежелательно, а делать этого нельзя ни в коем случае, – заявил Гуров. – Пока в тайну посвящены мы двое, ее еще можно сохранить. Как только появится третий посвященный, тайна перестанет быть тайной.

Что касается опасности, о которой вы говорили, то могу заверить: опасности никакой не будет. Преступник постарается сделать свое черное дело еще в поместье. И там же, в поместье, я надеюсь его схватить. Так что к моменту, когда мы отправимся на прогулку, вся операция будет уже закончена.

– Ну, если так, то я, пожалуй, не буду ничего говорить Анатолию, – решил Селезнев. – То есть о прогулке скажу, разумеется. А для чего вся эта история задумана, говорить не стану.