Хозяйка снежного замка

– Ты смотри, припёрлась. И чего ей дома не сидится?

– Ага, – подхватила Агата, которая была намного злее подруги и ненавидела Инару по-настоящему, – я бы после такого позора и носа не смела наружу высунуть. А эта, гляди-ка, на санках катается…

– Стыдоба, – подтвердила Вейла.

– А Девин-то, говорят, невесту себе нашёл, – Агата не могла остановиться, плескаясь ядом и чувствуя, что каждый удар попадает в цель. Инара побледнела при первых же словах.

– Что правда? – деланно всплеснула руками Вейла.

– Дядька Гилвар, мясник, моему папеньке рассказывал.

– Ну-у, – Вейла, забывшись, даже присвистнула.

– Ага, и Девин так загордился, что даже не поздоровался. Как увидел дядьку Гилвара, так сразу свою кралю в сторону потащил.

– Может, боялся, что тот начнёт ему про Инарку рассказывать? – предположила Вейла. И обе девицы покатились со смеху, не забывая поглядывать в сторону сестёр.

Насмешка достигла цели.

Тот «позор» случился много лет назад. Но в таком маленьком городке, как Синичьи горы, память у людей была слишком длинной. Особенно у таких злобных гадюк, как Агата с Вейлой.

– Пойдём домой, – мирным тоном, словно и не слышала просыпавшихся на неё оскорблений, предложила Инара сестре.

Лилиана кивнула, подхватила верёвку своих санок и двинулась вперёд, подальше от продолжавших обсуждать их голосов.

– За что они так с тобой? Ты же не сделала им ничего плохого? – спросила сестра, когда они шли рядом по тропинке между запорошенных снегом берёз.

Инара пожала плечами. Вспоминать ту давнюю историю не хотелось. Но потом всё же ответила:

– Агата считает, что я у неё счастье украла, но и сама его не сберегла.

– Но ведь ты ни в чём не виновата. Это Девин тебя… – Лилиана осеклась, заметив закушенную губу сестры.

– Ничего, – Инара помотала головой, словно стряхивая ненужные воспоминания.

Взгляд сам собой упёрся в высокий холм. Он находился за городом, но всё равно словно бы возвышался над Синичьими горами. А может, так казалось из-за развалин старого замка. Много недобрых легенд породило это место. Летом туда никто не решался соваться. А сейчас, запорошенные снегом, развалины не производили зловещего впечатления.