Дом на берегу

Четыре года назад эта двадцативосьмилетняя женщина пережила потерю, которая сделала её глаза печальными, и как она думала, безвозвратно.

Ольга тряхнула волосами и решительно вышла из воды, придерживая руками лёгкий синий сарафан. Она не любила вспоминать автомобильную аварию, унесшую жизнь её мужа, самого близкого и горячо любимого человека.

– Макс! Пойдём домой!

Чёрный доберман с двумя коричневыми подпалинами на груди бросил свои важные собачьи дела и подбежал к хозяйке, радостно прыгая вокруг неё и размахивая некупированными ушами.

Чтобы вернуться в дом, нужно было подняться по крутой тропинке. Макс бежал впереди, то и дело останавливаясь, и поджидая слишком медленную хозяйку. Наконец впереди показалось небольшое строение, сложенное из саманного кирпича (глина, смешанная с соломой и высушенная на солнце) и побеленное известковым составом. Четырёхскатная крыша придавала домику ощущение завершённости. Но, когда Ольга впервые увидела его, она подумала, что этим стенам не хватает ярких красок, и решила когда-нибудь позже разрисовать их.

По деревянным ступенькам Ольга поднялась на небольшую открытую террасу и обернулась, отсюда открывался чудесный вид на море. Пусть домик неказистый, но главный вид был всё-таки снаружи.

Ольга окликнула пса и зашла в свой новый дом, купленный лишь несколько дней назад. Домик простой, одноэтажный, всего две комнаты и маленькая кухонька. Правда, был ещё широкий коридор, из которого прикреплённая к стене лестница вела на чердак. Но его исследование Ольга оставила на потом.

Бабушка, которой когда-то принадлежал этот дом, умерла, а наследникам он оказался без надобности. Ольга решила, что бабушкину мебель вполне можно оставить, нужно лишь заменить совсем исхудалые предметы и докупить кое-что для придания интерьеру подобия уюта. Главное, что наследники успели провести воду в дом и модернизировать санузел, это и стало решающим фактором при оформлении сделки.

На кухонном столе стояли ящики с посудой, у стены расположились три чемодана с одеждой и коробки с обувью.

Ольга приехала сюда только на лето, желая побыть одна и собраться с мыслями. Она уволилась с работы, хотя все сотрудники музея дружно уговаривали её взять отпуск за свой счёт. Но Ольга устала от всеобщей жалости, ей нужна была жизнь, где никто не знал о её трагедии, а значит, не стал бы сочувственно заглядывать в глаза.

– Ну что, Максик, может, покушаем?

Слово «кушать» Макс хорошо знал и всегда на него откликался.