Мертвая улика

Коль она и впрямь виновна в гибели матери, то неужто она же будет ее хоронить? А с другой-то стороны – почему бы и нет? Может, таким способом она маскирует свою истинную сущность? Кто же заподозрит в убийстве матери ее дочь, когда она собственноручно ее хоронит и проливает над могилой горькие слезы? Кто додумается до такого извращенного предположения? Так что все могло быть. А потому делать окончательные выводы по поводу причастности или непричастности дочери к убийству матери еще рано.

Подбодрив самого себя таким образом, Крячко поехал искать адрес, где проживала дочь.

Ехать оказалось недолго, тем более что Станислав был за рулем собственного автомобиля, на котором он сегодня и прибыл в санаторий из Москвы. Искать адрес также оказалось делом несложным: первый же встречный местный житель доходчиво объяснил, как добраться до нужного дома.

Квартира дочери находилась на третьем этаже пятиэтажки. Похоже, что в квартире никого не было, потому что Крячко надавил несколько раз на кнопку звонка, затем для верности еще и постучал в дверь кулаком, но ему никто и не отворил.

– А нет там никого, – сообщил Станиславу мужичок, выглянувший из соседней двери. – На кладбище они. Похороны сегодня у них. Вот.

– Что, кто-то умер? – решил на всякий случай прикинуться несведущим Крячко.

– Ха! – изъяснился мужичок. – Умер! В том-то и дело, что не умер, а убили!

– Да ты что? – поразился Крячко. – Убили! И кого же? Неужто саму Надежду Михайловну?

Так звали дочь убитой старушки: об этом Станиславу сообщили в доме престарелых.

– Нет, не дочь, – сказал мужичок и вышел из своей квартиры на лестничную площадку. – В том-то и дело. Мать ее убили!

– Вот те раз, – растерянно развел руками Кличко. – Мать… Да кому же понадобилось ее убивать? Ведь, должно быть, старушка…

– Ну да, – пояснил мужичок. – Конечно, старушка, – а кем же ей еще быть? Говорят, убили…

– И кто же? – горестным тоном спросил Крячко.

На это мужичок лишь развел руками: кто ж его знает? Вообще, похоже, это был словоохотливый и общительный мужичок, а такие собеседники сущая находка для сыщика.

У словоохотливого собеседника, если с умом к нему подойти, можно выведать много чего. И потому Крячко продолжил разговор.

– А что же полиция? – спросил он. – Ищет?

На это мужичок во второй раз развел руками:

– Да кто ж его знает, должно быть, ищут. Ведь убийство же не шутки!

– Жаль, что не встретился с Надеждой, – сказал Крячко. – Я-то проездом из Москвы.