Бедный миллионер

Чистый, несколько чопорный, в цветах на окнах домов и на ратуше, в кружевах белоснежных занавесок, в булыжниках мостовых, в запахах свежей выпечки и молотого кофе знаменитого кофейного магазина «Дальмайер», в роскошных витринах ведущих домов моды, в баварской атмосфере добродушия, город казался Лене городом-курортом, где нет приюта душе трудоголика. Где поджаренная на гриле сосиска и кружка янтарного пива, стоящая перед Леной на деревянном столе в пивной, олицетворяет собой тихое сиюминутное счастье. Да еще рядом с другом студенческих лет.

Рихард сделал для приезда Лены все, что было в его силах, начиная с приглашения и оформления бизнес-визы на месяц. Его связи простирались далеко за пределы Германии.

Они виделись недавно в Москве и сэкономленное на пространных разговорах время использовали теперь в Мюнхене – для посещения трех заметных галерей, дабы Лена могла подглядеть, как ведут нехитрый бизнес немецкие ценители искусства – вдруг пригодится.

Рихард, время от времени подкручивающий свои выдающиеся усы, сходил за художника, но от общения уклонялся. А Лена познакомилась в одной из галерей с хозяйкой по имени Ясмин и спонтанно предложила ей выставить у себя несколько работ российских художников. Но утонченная и стильная Ясмин, похожая на Жиль Зандер, пропустила имена художников мимо ушей, живо воскликнув:

– Москва – это моя мечта! И Санкт- Петербург… Вот мои координаты – давайте держать связь.

– Непременно, – согласилась не менее возбужденная Лена.

Рихард предложил зайти в Пинакотекку, но поскольку искусство уже лезло у Лены из ушей, идею она мягко отвергла.

Вечером, у Рихарда дома, Лена вошла, наконец, в контакт при помощи телефона с той самой русской, что жила на Канарах.

Женщину звали Инна. Она была на пять лет старше Лены, на порядок бойче, и уже в начале разговора предложила перейти на «ты».

– Мне Рихард всё объяснил, так что не волнуйся. Меня можно считать старожилом, я тут уже десять лет живу. Я прозондировала почву, завтра мне отзвонят по поводу апартамента. На крайний, совсем крайний случай, остановишься у меня, но ложе будет почти Прокрустово – только у меня под боком.

– Инна, мне не хотелось бы стеснять… – сочла нужным сказать Лена.

– Да ладно! Свои люди. Ерунда все это. Ты же не навечно сюда.