Ты и только ты

Наши громкие препирательства у входа в незнакомый мне подъезд вызывают любопытные взгляды прохожих. Мелькнула даже мысль, может закричать и попросить их о помощи.

Какая же всё-таки наивная!

Помощи ждать неоткуда. Артур так или иначе добьётся своего. Всегда добивался. И в этот раз не отступит. Знает, что от страха я превращаюсь в безвольную марионетку, и нагло этим пользуется.

– Да пришли уже, – деланно вздыхает, – зайдёшь, постоишь немного. Я сам буду переговоры вести.

– Ты ненормальный? Я не хочу связываться с этими людьми.

– Если бы не обещанное бабло, надавал бы тебе таких пиздюдей, мелкая. Пошли, сказал! И рот не открывай. Иначе это будет последним словом в твоей никчёмной жизни.

В своих мечтах я всегда давала мерзавцу отпор. Много лет подряд мне хотелось пойти на курсы карате, выучить пару приёмчиков и, когда бы брат или отчим в очередной раз занёс руку для удара, я бы профессионально отбила нападение, уложив гада на лопатки. Но моя жизнь никогда по сути не принадлежала мне.

– Целка, говоришь? – грубый бас бородатого толстяка заставляет моё сердце подпрыгнуть на месте.

Мы оказались посреди огромной гостиной, обставленной дорогой мебелью. Когда Артур сказал, что мы идём к местному сутенёру, я представила себе заброшенный грязный подвал, где бандиты покупают себе женщин для утех на ночь. Каково же было моё удивление, когда мы пришли в просторную и стильно обставленную квартиру, внешний вид которой так и кричал о своей дороговизне.

– Дэн, клянусь! – голос Артура меняется, и своим пищанием он напоминает мне попрошайку на улице.

– Чё, сам её пас? Откуда такая уверенность?

Этот страшный Дэн оказался полноватым мужчиной лет пятидесяти. Половину его круглого лица покрывает густая борода. Одет он по-домашнему, в халат и тапочки.

– Так сестра моя. Выросли вместе. Никого к ней не подпускал. Охранял как брат, – продолжает верещать Артур несвойственными ему высокими нотками.

– А теперь решил заработать на ней бабла? – мужчина скептически сводит брови.

– Обстоятельства вынуждают. Отец в больнице у нас. Куча бабла нужна, чтобы оклемался.

– А она сама говорить умеет?

Поняв, что от меня сейчас что–то потребуют, я плотнее прижимаюсь к брату, стараясь скрыться за его спиной.