Виктория

Ей стоило научиться делать себе быстро прически, отрастить ногти, которые раньше коротко стриглись, научиться скромному макияжу и хождению в обуви на каблуке. Она не могла себе позволить выглядеть на приеме или вечеринке плохо, когда Виктор знакомил ее с кем-то и представлял: « Моя королева Виктория». На календаре было начало августа. Сидя на диване, он рассеяно смотрел телевизор и не слышал в первый раз вопроса Вики.

– Вить, что происходит? – спросила она, усаживаясь к нему на колени лицом к лицу, закрывая экран.

 – Ты меня не слышишь. Что-то не так?

– Завтра у меня встреча на корте. Я должен быть там с тобой.

– А проблема в чем? – спросила Вика, заглядывая ему в глаза.

– В том, что ты не играешь в теннис, – с чувством легкой досады, ответил он.

– А кто тебе об этом сказал? Мне конечно до Шараповой далеко, но кое-что я умею.

– Ты говоришь серьезно? Мне абсолютно не важно, как мы сыграем. Это, как прелюдия к беседе. Своего рода протокол.

– Не дрейфь! Пару сетов я, пожалуй, выдержу без тренировки, – улыбаясь, говорила Вика.

 – На будущее запомни: у меня много скрытых возможностей. Я хорошо держусь в седле, неплохо плаваю, умею водить машину, катаюсь на коньках, бегаю на лыжах и метко стреляю из ружья. Ты помнишь, как у Пушкина: « Мы все учились понемногу…», вот и я могу кое-чем блеснуть. Но, только запомни: светить своей красивой попой я на корте не буду, а майка и белые шорты у меня есть.

– И где вы этому, девушка, научились? – спросил Виктор, крепко обнимая ее.

– На плавание и коньки меня водила Софья Павловна года три. Дед работал лесничим, и у него из транспорта был конь, списанный из конноспортивного клуба, вот он и научил меня и езде, и меткой стрельбе. В школе я посещала акробатику, потом были танцы, но все это меня долго не увлекало. «Шпагат» без тренировки вряд ли получится с первого раза, а вот тур вальса мне по силам. Я могу поддержать простую беседу на английском, а вот прочесть текст не сумею. Теннис я освоила лет в пятнадцать, тогда это было модно, а машину научили водить мальчишки, как и мотоцикл.

Но все мои «могу» – вершки, очень поверхностны даже для любителя.

– Раз ты водишь машину, сдавай на права и будет тебе авто.

– Зачем оно мне, если ты меня, как барыню, возишь.

– А с машиной, барыня будет ни от кого не зависима. Села и поехала. Вот прям, как сейчас…

Уже к осени он купил ей машину Тойота Аурис. Небольшой хэтчбек красного цвета, с объемом двигателя один и шесть.