Уходя, не уходи

– И у Вас не возникло желания встретиться с дочерью, которой шестнадцать лет и которую Вы ни разу не видели? Это как можно расценить? Да Вы слон толстокожий, а не отец, – говорила с обидой в голосе Женя.

– Своим появлением я довёл отца до инсульта,– обречённо сказал Орлов. – А тебя и твою маму я видел и не раз. Как я мог нарушить вашу семейную идиллию своим появлением? К чему бы это привело? Твоя мать выглядела счастливой. Зачем ей нужны были мои поздние раскаяния? Да и вернулся я с новой семьёй.

– Что с Виктором Ивановичем? Он жив? Он болен?

– Отец жив, но парализован, – ответил Сергей Орлов.

– Почему мне Галина Петровна даже не сообщила об этом? – негодовала Женя. – Да, что вы за семейка такая? Говорите адрес, мне нужно его увидеть.

– Ты не знаешь адреса? – с удивлением спросил Орлов.

– Не знаю. Дед приезжал к нам домой, мама отпускала меня с ним на прогулки в хорошую погоду, а в ненастье мы были у нас дома, – сказала Женя. – Зачем мне нужен был адрес, если там меня никто не ждал? Дедушка всегда навещал нас сам.

– Я на машине и отвезу тебя к нему. О чём вы говорили?

– Дед приезжал раз в месяц, во второе воскресенье, много не наговоришь. Он мне книжки читал или я ему. Ходили в кино или цирк. Были в кафе и зоопарке. Ели мороженое, пили колу. Катались на аттракционах в парке, а зимой на коньках, – рассказывала Женя, вспоминая деда. – Когда я стала старше, ничего не изменилось, но мы стали больше мечтать. Мы с ним о многом говорили, спорили и незаметно подружились.

Дорога к дому Орловых заняла не более пятнадцати минут. Они поднялись в квартиру, где их встретила Галина Петровна. Женя её практически не знала, но смогла смело предположить, что это была именно её бабушка.

– Проходи, Женя. Отец в кабинете за этой дверью. Он слабо слышит, но пока не говорит. Правой рукой пытается писать, и, иногда, у него это получается. В знак согласия – слегка кивает головой, – сказал Сергей Викторович.

Женя открыла дверь и заметила у окна инвалидную коляску, в которой сидел человек спиной к двери.

– Давно он в таком состоянии? – спросила она. – Сдвиги есть?

– Полгода.