Старшая сестра

Это была не любовь, а обида, уязвлённое самолюбие. Она, стерва, даже не пыталась как-либо притворяться, что я ей нужен, и хотела со мной расстаться. Разве я мог это допустить? Что мне оставалось делать?

– Папе вы тоже помогли исчезнуть? – спросила Ирина с дрожью в голосе.

– Нет. Его просто никто никогда не искал. Нельзя было, чтобы его нашли ни живым, ни мёртвым. Живого бы мать простила, по мертвому – скорбила. Человек уехал на рыбалку и пропал, бывает. Может он имитировал свою смерть, ведь тело так и не выбросило.

Здесь я чист,– говорил он, разглядывая Ирину. – Ты напоминаешь мне Светку в молодости. Глаза – синие, глубокие и умные, а фигура и грудь даже лучше, чем у матери.

– Я не знаю, что у вас на уме, но очень прошу, в память о маме, оставьте нас и уходите. Вы и так нас изрядно напугали.

– В память о маме? Плевал я на вашу маму и на память о ней. Я выбросил её из головы и из сердца, когда она перестала дышать. А уйду я тогда, когда захочу, а захочу я не скоро, – оскалился он. – Ты, дурочка, ждёшь приезда полиции? Какая ты наивная и глупая.

Расслабься и получай удовольствие. Они не войдут в дом, заметив у ворот мою машину, – сказал он и с силой рванул на себя блузку Ирины. – Или ты забыла, где и кем я работаю?

– Пожалуйста, не надо, – просила она, не давая повалить себя на стол. Но Зимин хотя и пьян, был гораздо сильнее Ирины. Его руки были словно тиски.

– Я хотел быть с тобой деликатным, но ты сама выпросила, – сказал он, ударив её по лицу рукой, всё ещё державшей пистолет.

 – Ещё раз дёрнешься, и я тебя пристрелю, как собаку. Вы, девочки, меня недооцениваете. Теперь вы обе в моей власти. Будете ходить по струнке и делать то, что я скажу. Я изведу всю вашу породу.

– Олег Васильевич, товарищ майор, отпустите девушку, – попросил мужчина в гражданской форме, появившийся в дверях. – Не усугубляйте положение. – На пороге стояли человека три с оружием в руках.

Зимин, стоя рядом со столом, на котором полулежала Ирина, развернулся к двери и направил пистолет в сторону говорившего.

– Стоять! Я дважды повторять не буду, – усмехнулся Зимин, – Кто первый переступит порог – ляжет. Живым мне не быть, но и вас парочку прихвачу с собой.

Ирина согнула ноги в коленях и с силой толкнула Зимина, стоящего к ней боком. Тот не удержался и падал, когда прозвучал его выстрел. Он упал между кроватей девушек, которые стояли поперёк комнаты напротив стола. Спинки у кроватей были слишком низкие, чтобы ухватиться за них и удержаться на ногах.