Не отрекаются любя

Понимаю, как тебе трудно сделать выбор между мной и ей. Не нужно выбирать, мам. Если она захочет, ты можешь с ней встречаться, ездить в гости, познакомишься с внучкой. Знаешь, мне кажется, она представит тебя своей матерью, а меня младшей сестрой. Так будет проще объяснить, почему она не общалась с нами долгие годы. Я видела, где она работает, чем руководит, жила почти месяц в её доме и могла бы ухватиться за возможность пожить без забот. Но я не могу простить этой женщине тебя. Как можно забыть мать на двадцать лет, а встретив не сгореть со стыда?

– Она приезжала в наш городок, когда мы уже уехали.

– И что? Мамочка, мы ни от кого не прятались. За десять лет у нас столько земляков перебывало по пути в Германию и никому из них мы не присылали приглашения. Захотела бы – нашла. Можно было держать обиду откажись ты от неё, а не она от тебя. Пусть она будет доброй феей или злой волшебницей мне всё равно. Мама у меня одна и это ты. Мне Кристину жаль. Я понимаю, что её мать занята работой, но уделять дочери внимание один раз в неделю неправильно.

– Значит, ты не будешь возражать нашему общению?

– Не буду. Более того, я буду рада, если ты подружишься с внучкой и найдёшь общий язык с дочерью. Двадцать лет прошли, и вы обе изменились. Ты только помни о том, что ты ни от кого не зависишь, никому ничего не должна и не виновата в том, что её жизнь сложилась так, а не иначе. А ещё делай всё не в ущерб Ильичу. Он этого не заслуживает.

– Спасибо, Алёна. Пойду к Мите с докладом. Он в курсе всего и тоже переживает.

Спокойной ночи, солнышко, – она поцеловала дочь и пошла к мужу.

Алёна проводила мать, включила чайник. Есть не хотелось, а усталость и сон ушли куда-то на второй план. Все мысли были о Елене Борисовне. «Всё тайное становится явным, – думала она, сидя за кухонным столом. – Интересно, она расскажет Александру правду или нет? А ведь благодаря нему я нашла свою мать, хотя особой радости не испытываю. Но при этом рада за маму, которая меня вырастила. Ей от этой встречи станет легче.

Хорошая или плохая, но она её дитя. Думаю, Елена не решится сказать, что я её дочь, а младшей сестрой вполне может представить. Пусть так и будет. Живут же сёстры без особой любви друг к другу», – она ещё долго думала о том, как может сложиться их жизнь, с внесёнными в неё коррективами.

Когда Елена Борисовна позвонила Нине Васильевне и пригласила семью на день рождения Кристины, мать растерялась, но дочь её успокоила, сказав: «Мам, это твоя внучка.