Прости, Медвежонок!

«Не надо зеленкой», – испуганно пробормотал он, глядя на нее широко открытыми глазами.

«Не бойся, я пошутила», – засмеялась Лера, усаживая его на заднее сидение, ногами наружу. – «Сейчас просто перекисью обработаю».

Она достала из-под сидения аптечку, вынула из нее флакон перекиси водорода, упаковку ваты и тюбик заживляющей мази.

Стас сидел молча и с опаской за ней наблюдал.

Подвернув ему шорты повыше, Лера оторвала кусок ваты, намочила его перекисью и начала осторожно касаться одного из разбитых коленей.

Лера бросила на него насмешливый взгляд и, чтобы отвлечь, как ребенка, начала рассказывать придуманный на ходу стишок, проделывая те же манипуляции с другим коленом:

Оторвали мишке лапу,

Оторвали мишке хвост.

Только мы не будем плакать,

Будем мишку мы лечить!

Над стишком Стас подхихикивал, продолжая сопеть и морщиться от прикосновений к ссадинам.

Когда к ним подошел Павел, Лера уже мазала Стасу мазью ладони.

«Что у вас происходит?» – напряженно поинтересовался Павел.

«Да вот», – кивнула Лера на Стаса, – «раненых перевязываю».

Павел критично посмотрел на разбитые колени Стаса и надменно фыркнул: «Детский сад – штаны на лямках».

За это Стас смерил его презрительным взглядом.

«Медвежонок, ты далеко живешь? Может тебя подвезти?» – участливо поинтересовалась Лера у парня.

Тот назвал свой адрес.

«Не бросать же его», – растерянно проговорила она и спросила у Паши, – «Подвезем мальчика?»

«Зачем ты с ним нянчишься. Пусть на такси едет!» – возмущенно ответил Павел.

«Мне не сложно, Паш…», – замялась Лера, – «к тому же он, можно сказать, из-за меня пострадал».

«Ай, дело твое», – пожал тот плечами, раздраженно уселся на переднее пассажирское сидение, отодвигая его назад для большего удобства, и включил радио.

Довольный Стас на заднем сидении тоже втянул ноги в салон и захлопнул за собой дверь автомобиля.

Лера убрала аптечку под сидение, заняла водительское место, пристегнулась, завела машину и не спеша вырулила со стоянки на дорогу, а затем на широкий оживленный проспект.

Она пыталась завести разговор с Павлом, но тот угрюмо молчал. Только постоянно переключал радиостанции. Молчал и Стас.