Мама для демонёнка

Прежде чем мужчина открыл дверь, я выпалила:

– Стойте, а почему именно Шаннияр? Она меня немного пугает.

– Ничего, привыкнешь, – грубовато ответил демон и вышел, оставив меня в комнате одну.

Глава 3. Неприятно познакомиться

Здешняя мода не понравилась мне с первого взгляда. И со второго тоже. И даже когда Шаннияр закончила застёгивать платье на спине, отошла в сторону и принялась нахваливать мой внешний вид, мне по-прежнему не нравилась здешняя мода.

Во-первых, шпильки, больше напоминающие пыточные инструменты.

Во-вторых, дико узкое платье, облегающее мою фигуру словно вторая кожа и не оставляющее никакого простора для воображения. Я даже сама себе позавидовала, не помню, чтобы мои формы когда-либо выглядели более презентабельно. Потому что я так никогда-никогда не одеваюсь! Ненавижу выставлять себя напоказ.

Ну а в-третьих, двигаться в этом вообще не представлялось возможным.

Единственное, что мне нравилось – мои русые волосы стали в этом мире платиново-белыми. Именно того оттенка, о котором на Земле оставалось только мечтать, потому что вся краска мира не способна вывести жёлтый пигмент, не убив структуру волоса.

Здесь же я легко и просто стала платиновой блондинкой.

Зеленокожая гоблинша сделала мне просто великолепную причёску. Довольно быстро она создала упругие крупные локоны, пропуская волосы между своими ловкими пальцами. Я ничего не видела, но догадалась, что она задействует магию. Иначе, как ещё объяснить струи горячего воздуха, которые то и дело долетали до меня в процессе?

– Мамочка! Ты такая красивая!

Как Кристабель оказалась в комнате, я не заметила.

Она выпрыгнула откуда-то сбоку, как демонёнок из табакерки. Девочке сделали изумительную причёску: тёмно-каштановые волосики заплели в косички концентрическими кругами, из центра которых торчали красные рожки.

Чёрное платьице, к счастью, оказалось вполне себе детского покроя. Пышная юбочка, рукава-фонарики. Мрачный цвет разбавляло белоснежное кружево воротничка и пояса.

Видимо, демонстрировать себя тут начинали всё же не с раннего детства. И слава богу!

– Думаешь? – с сомнением протянула я, придирчиво разглядывая гладкую, чёрную ткань, обтекающую каждый изгиб тела.

– Папа в тебя заново влюбится, и вы сразу помиритесь!

– Кристабель, мы это обсуждали, – от леденяще-строгого мужского голоса у меня по телу побежали мурашки. Эрен оказался в комнате так же неожиданно, как и его дочь, появившись из двери в смежные апартаменты.