Золотой корень Адау-Разрушителя. Книга первая

–Конечно, вы правы… это же безумие, идти против королевы, подвёртываться под горячую руку! Неужели вам так хочет подохнуть от жажды? Думаете… – и бес подбросил брови, – Тисифона простит земляным ведьмам горе длинною в пятнадцать лет?!

Бес огорчённо вздохнул и добавил:

–Печально, что приходиться опускаться до принуждения в общении с вами, я думал, что мы это уже проходили. – огорчённо закончил бес, – Ну а мальчишка, между нами, далеко не прост. Мы хотели бы узнать его секрет. Вот вам наша официальная причина!

Графиню Бадб перекосило от злости и униженной гордыни.

–Э-то бу-дет недолго, и не рассчитываете! – брызжа слюной, выпалила она Магме. Графиня протёрла салфеткой лицо и руки от красно-белой слизи насекомых и вязкого содержимого червей, когда сообщила, что не отвечает за мантикор – наверняка за пятнадцать лет они превратились в превосходное удобрение для тыквы.

–Пф! Прочь! Прочь! – приказала графиня подчиненным. – Поторапливайтесь!

Земляные ведьмы, со знанием дела, образовали полукруг. Если одни ведьмы были заняты организацией колонн из них самих же, то другие, и их было большинство, координированно примыкали, или лучше сказать, проникали в них. Соорудив опоры из земляных ведьм высотой в пятиэтажный дом, графиня Бадб взобралась на верхушку одной из них и осведомила сестру о готовности сидячих мест.

–Вау!!! – беззвучно проговорил юноша.

Ведьмы взмыли вверх к земляным опорам и сразу, как смогли, обустроились там.

Наверху гулял ветер. Но ни серые тучи, ни мелкий дождь, ни продирающий до костей холод, не могли испортить ведьмам настроения. Земляные ведьмы держались друг за друга как могли, и оседлавшие их деревянные испытывали сказочное волнение, больше чем они сами. Так, ветер дул сквозной и опоры уже начали раскачиваться, в то время как их соперницы с застывшей на лице злостной улыбкой жестоко помогали им в этом.

Немного погодя ветер усилился. И пока болотные ведьмы выбирали приоритеты: отлавливать разбегающихся с головы лягушек или придерживать отрывающиеся на ветру щёки, от их изумрудных платьев, прежде уделанных насекомоядной росянкой и водяным перцем, остались лишь зонтиковые водоросли. Тростниковые вздулись и теперь судорожно цеплялись сангиновыми отростками за земляные сиденья.