Золотой корень Адау-Разрушителя. Книга первая

Ведь он и вообразить не мог, что когда-нибудь увидит подобное, неизвестное существо пугало его. Под другой ногой раздался негромкий, но чёткий хруст. Ничего хорошего он точно не предвещал. Из земли с одной стороны торчало запястье, а с другой – обломок локтя.

–Я … я не хотел! – с замиранием в сердце, сказал юноша, боясь даже подумать, что мог сломать чью-то руку. Он обернулся назад сделать следующий шаг с расчетом на снежную насыпь, но тут услышал до странности спокойный голос Ноздремура.

–Земляные ведьмы.

–Кто? Земляные ведьмы? – не полагавшийся на свой слух, переспросил Варгаров. – Но как? Из самой земли?

Ответ последовал не сразу. Дело в том, что их внимание привлекли растущие прямо-таки на глазах земляные горки. Впрочем, где горки, а где и глыбы, и комки. Земляные ведьмы вспахали пшеничное поле, раскрошили и перемешали землю с пшеницей. Они буквально вывернули его на изнаночную сторону. В каком бы виде земля не появлялась на поверхности, она мгновенно формировалась в тела ведьм.

–Земля – их дом, и что немаловажно, земляные ведьмы не просто так себе там живут, а исполняют указ нашей Магмы по охране трёх сестёр. И никаких-то там мантикор, а самого благороднейшего происхождения. Хорошо, что их матери, Тисифоне, ничего об этом неизвестно.

–То есть, мантикор держат в неволе? – не приходя в себя, спросил Варгаров.

–А-а другого выхода нет. Скоро сам увидишь.

Юноша на минутку задумался, а потом спросил:

–Но, причем тут я и мантикоры?

–Ты заблуждаешься, есть и причины, озвучивать которые, я не имею право. Но поскольку пострадало моё самолюбие, кое-какой секрет я тебе открою. Ведьмы распространяют слухи, будто бы ты недочеловек. Они тебя побаиваются и хотят узнать, как с тобой поступить.

–Недочеловек?! С чего ты взял? И разъясни, в чём же по-твоему отличается недочеловек от человека? –недоверчиво спросил Варгаров.

–Как бы тебе попроще… Недочеловек – всё равно, что невидимка наполовину.

–Бессмыслица! – выпалил юноша, – Человек свои физические свойства изменять не может, если ты об этом. Если о морали и нравственности, то я не думаю, что заслужил      такого определения.

–И я об этом… все никак в толк не возьму, чего тебе притворяться? Уничтожил тридцать тугатов и всё ему не почём!

Варгаров устал спорить.