Айтишник

А раз так, почему бы и не воспользоваться.

– Ванечка! Привет! – пропела девушка. Для своих четырнадцати лет, выглядела она безупречно. Аккуратно уложенные волосы, легкий макияж. Аристократка во всем, в движениях, в походке, в общении. Она напоминала ему мать. Такая же холодная, красивая и умеющая себя показать. Всегда строгая одежда, в отличие от Златы, которая мало походила на девушку, из высших кругов. Таская растянутые свитера и джинсы. И да, как ни странно, Иван часто сравнивал Марию и Злату. Но лишь от того, чтобы в мыслях унизить Малиновскую, а не потому, что начал считать ее симпатичной.

– Здравствуй, Мария, – спокойно поздоровался Ванька, хотя внутри него от напряжения, свело кажется все органы. Так нервничал, что перестал вообще эмоции на лице показывать.

– Послушай, мне помощь нужна. Я сегодня должна ехать в приют для животных. Котика вчера подобрала на дороге, его машина сбила, – Мария теребила, ухоженными пальчиками, обложку учебника, что лежала на краю парты Ивана, кидая злобные взгляды на Злату.

Мария сложила умилительно ручки перед собой, изображая грусть и вселенскую печаль на лице. Иван расплылся, как яичница по сковородке. Нимб девушке нацепил. Она же идеальна! – воскликнул мысленно, – о животных беспокоится! Истинная леди!

– Ради такого, грех отказывать, – отчеканил Иван.

Это было последней каплей, в выдержке Ивана. Покрылся пунцовой краской, глаза в парту опустил, пытаясь избежать позора. Он такое в штанах почувствовал! У него же не только бабочки порхали, там и стрекозы залетали, от счастья такого!

А вот Мария, немного отвернувшись, брезгливо вытерла губы, видя, что Ванька на нее не смотрит.

– Я тогда завтра утром, у тебя домашку заберу, ладно?

– Хорошо, – буркнул Иван, так и не подняв взгляд на свою богиню.

Злата наблюдала за спектаклем, прожигая взглядом белобрысую стерву. Как же она ее ненавидела.

– Вань, ты разве не видишь, что она врет тебе? Она же на дискач вечером идет, вот и не хочет домашку делать. Пользуется тобой, а ты ведешься! – эмоционально высказалась, когда Маша вышла из кабинета.

– Злата, я прошу не лезть в мои дела. Во-первых, это неприлично, если тебя об этом не просят.