Учитель и ученица

Скинув брюки почти до самого пола, я взяла его член двумя руками, как неожиданно почувствовала цепкую хватку на шее. Его рука больно сдавила мне горло, лишив возможности нормально дышать. Чуть слышно захрипев, я обхватила руками его запястье и попыталась освободиться. Это было бесполезно, я никогда бы не смогла с ним справиться.

– Не дергайся, – прорычал он, сильнее сжимая руку.

– Что вам надо? – выдавила я из себя. Он меня напугал… К чему такая грубость, я ведь здесь, чтобы сделать ему приятно?

– То же, что и всем!

Больше не вдаваясь в рассуждения, он отпустил мою шею.

Этот тип был дерзок и слишком нагл, что начинало пугать меня. Я не могла ничего сделать, и я знала, что никто не заступиться. Я осталась один на один с грязной животной похотью.

Я никогда не забуду эти ощущения. Ощущения отчаяния и беспомощности. Он мог сделать со мной все, что захочет. Его заводило это, и я не знала, как далеко он может зайти.

Он положил мне палец на губы, и начал водить им, пытаясь разжать зубы. Свободной рукой он держал меня за подбородок.

– Будешь сосать? – сказал он с издевкой.

– Угу, – промычала я в ответ. Мне вдруг стало не по себе, ведь я именно для этого и была здесь, под столом, чтобы сосать… Снова в голове мелькает мысль: к чему же эти вопросы?

Он остался доволен моим ответом. Раскрыв пальцем мой ротик, он резко ввел туда член. У меня начался рвотный рефлекс и потекли слюни.

Мне оставалось только терпеть и пытаться хоть как-нибудь глотнуть немного воздуха. Наигравшись, он вытащил член, и, крепко держа меня за волосы, начал мастурбировать. Для меня это стало небольшой передышкой и возможностью отдышаться. Я думала, что он никогда не насытится – столько в нем было похоти. Но я ошиблась. Примерно через полминуты, издав какой-то странный, отдаленно напоминающий человеческий стон, он кончил.

Я испытала настоящее облегчение от того, что это закончилось. Он потерял ко мне всякий интерес, встал со стула, и, на ходу одевая штаны, удалился.

“Козел, тварь, подонок” – вертелось в голове, но я сдерживала себя, чтобы не выругаться. Нет, ну встречаются же такие!

Когда ушел этот тип, я испытала чувство облегчения. Волнение утихло, постепенно вернулось самообладание и способность трезво оценивать происходящее.