Места здесь тихие

С издевательским сожалением и уже утомленно Лера принялась объяснять:

– По факту этот клуб давным-давно не твой. Подбор игроков, сохранение тренера без повышения выплаты по контракту, выход в плей-офф – все это мои, не твои заслуги. Сейчас в структуре есть лишь один человек, который заключает сделки и доводит их до завершения. И это я.

– Да, ты гениальный менеджер. Но владелец-то я, – попытался встрять он.

– Владелец тот, у кого средства.

– Судя по твоим отчетам, мы в плюсе. Выдели деньги.

– В жизни, Сашенька, всегда приходится чем-то жертвовать.

– Ты утверждала, что интересно…

Стоит ли удостаивать ответом эту наивную ремарку? Лера и не удостоила.

– Теперь, прости, у меня иного рода планы, более близкие мне по духу, да и перспективные. Самосовершенствование, духовные практики, коррекция судьбы… согласись, это куда выгоднее, нежели все ваши глупые скольжения по замерзшим осадкам.

Так, или гуляет цветопередача на мониторе, или на Атлантике шторма, но, по ходу, на этой вечно небритой наглой морде проступают, наконец, желаемые эмоции – смятение, бешенство. Точно. Задело за живое. Вот он уже шепелявит сквозь выбитые зубы:

– Лера, ты моя жена. Занимайся чем хочешь, а прямо сейчас перешли мне два миллиона триста семьдесят три тысячи.

– Я склонна дать отрицательный ответ. И насчет жены. Я полагаю, что после всех этих пикантных историй… ну, ты понимаешь. Нам лучше развестись.

Он вспыхнул, но промолчал, играя желваками, буркалами волчьими поблескивая. Ответил вежливо, по-свойски:

– Развод? Хорошо, старушка, как скажешь.

Настала пора Лере скрипеть зубами, напоминать себе, что:

…Руки сейчас пока коротки, и все равно он никуда не денется, вернется в Россию. Некуда ему податься.

…Пусть сейчас не дотянуться до него, она отыграется, непременно, уж будь спокоен.

…И пусть прямо сейчас аж сердце заходится, как охота видеть его, – ничего. Она человек состоявшийся, самодостаточный, и брак этот – не более чем шутка, прихоть…

«…Вот уже десять лет как первой красавицы. Лера, опомнись. Можешь сколь угодно убеждать, что на этот-то раз любят ради тебя самой, честнее признаться, что нет, не любят».