Мертвопись

Кроме того, рисунок Игоря в какой-то мере передавал манеру Джованни держать себя на людях и ходить.

Поблагодарив «пасечника» и Игоря, Гуров пообщался и с другими художниками. Но чего-то характерного припомнить больше никто не смог. Лев уже собирался уходить, однако в этот момент к нему снова подошел Линкс, который рассказал, как на его памяти произошел один довольно-таки дикий случай, когда некий явно полоумный тип пытался порезать перочинным ножом картины, выставленные Лунным. Причем произошло это в тот самый день, когда Виталий привозил свой «Портрет Вечности».

– По-моему, вторая картина называлась «Ночи весенние»… – наморщив лоб, припомнил художник. – Там в лучах вечерних фонарей изображен цветущий сад, на переднем плане – парень и девушка, которые обнявшись сидят на траве. Их едва различить, но от картины веет такой душевностью, чем-то таким весенним, будоражащим, что глядишь на эту парочку, и даже сердце замирает от какого-то волнительного предчувствия…

– То есть эта картина была – сплошной позитив и никакого негатива? Но он явил к ней агрессию… А как вы считаете, с чего же он так возбудился, этот псих? – уточнил Гуров, мысленно прикинув, что этот случай, вполне возможно, каким-то боком имеет отношение к краже «Портрета Вечности».

– Как оказалось чуть позже, когда этого психопата связали до прибытия полиции, сюжет картины напомнил ему тот вечер, когда он застал свою невесту с его же лучшим другом, – пояснил Линкс.

– Ну, понятно, «Ночи весенние» что-то там ему напомнили. А «Портрет Вечности» чем ему не понравился? – спросил Лев, напряженно продолжая анализировать услышанное.

– Знаете, он и сам толком объяснить этого не смог… – пожал плечами старик. – Но, как мне удалось заметить, когда псих смотрел на «Портрет Вечности», то – это было заметно даже со стороны! – испытывал серьезный дискомфорт.

Кроме того, продолжал рассказывать Линкс, самое интересное было то, что скрутить помешанного художникам помог японский турист, который и купил «Ночи весенние». При этом он уговаривал Виталия переехать на Запад или в Японию. Дескать, здесь его не ценят, а вот там он мог бы стать настоящей знаменитостью. Но Лунный это предложение даже обсуждать не стал, чем сильно огорчил японца.