Русская оргия

На четвереньках я ползу за ним, по моим ногам стекает жидкость…

Я стою в позе пьющей лани. Он подходит сзади и кладет мою голову на пол, отвернув на левую сторону, наступает сверху ногой. Слышу, как он плюет, а затем чувствую, как он пальцем смазывает мои дырочки слюной. Он входит в меня, я испускаю блаженный вздох… О да, наконец-то! Я так долго ждала этого момента…

Он берет меня жестко, толкает вперед, я чувствую, как от напора его члена скольжу по полу… Тогда он кладет мою поясницу на пол и пристраивается сзади… Наши вдохи становятся более поверхностными и частыми, он ложится на меня, одной рукой закрывает мой рот, другой опирается о пол… Он движется во мне все быстрее, и я уже чувствую, как теплая волна в моем животе становится горячее…

Он переворачивает меня на спину, на бок, берет стоя… Его злость потихоньку уступает место любви, и он все чаще меня целует в губы и грудь… Все чаще его движения становятся более приятными, мягкими и глубокими… Его ягодицы сводят меня с ума, я слежу за их движением в отражении зеркала… Мы достигаем пика одновременно.

Кажется, что и не было этой ужасной ссоры сегодня…

Новые друзья

После страстного секса и долгих объятий мы, наконец, идем обедать.

– Милый, прости меня, пожалуйста, – виновато произношу я.

– За что? – спрашивает он, поднося очередную порцию ко рту. Я очень люблю смотреть, как мой Ангел ест, пережевывая своими мощными челюстями пищу.

Я знаю, что он не забыл ссоры. Он просто упивается моим чувством вины. Хочет, чтобы я просила прощения, четко осознавая, за что. Он очень любит порядок в голове, и не терпит обид. А я, видимо, нанесла ему обиду посерьезнее, чем когда-либо. И должна за это расплатиться.

– За то, что накричала на тебя при всех, – признаю я.

Он перестает есть и смотрит серьезно.

– Да, никогда так больше не делай! Это очень неприятно. Нельзя выносить сор из избы, ты поняла? Все должно быть между нами. А ты устроила цирк. В общем, я больше не потерплю такого. Если еще хоть раз ты так сделаешь, я прощать не стану. Ясно? – Александр говорит сдержанно, но я чувствую, что он с трудом сдерживает гнев.

– Да, еще раз извини, мне правда очень жаль, – я опускаю голову и опять чувствую себя отчитанной за прегрешения девчонкой.