Медвежий угол

Один этот Подгайский как патриот…

– Если я тебя правильно понял, из всех членов комиссии в поселке постоянно проживал один Подгайский? – спросил Гуров. – Остальные бывали здесь наездами, так, что ли?

– Вы правильно поняли, – сказал Савинов. – Так оно и было.

– Любопытно! – заметил Гуров. – Об этом я не знал. И чем же занимался здесь в одиночестве Подгайский?

– А кто его знает? – неохотно сказал Савинов. – Я за ним не наблюдал. Говорят, лазил везде, анализы какие-то собирал… Фигней, в общем, занимался.

– Отчего же так категорично? – удивился Гуров.

Савинов махнул рукой.

– Толку от ихней работы! – зло сказал он. – Только воду мутят, а результату – ноль.

– Это как же надо понимать? Не веришь в науку, Савинов? – спросил Гуров.

– А я никому не верю! – убежденно сказал милиционер. – Сейчас такая жизнь, товарищ полковник, что каждый за себя. Я знаю, что вы из воспитательных целей со мной не согласны, но про себя то же самое думаете. Разве не так?

– А ты, оказывается, у нас еще и мысли читаешь! – насмешливо заметил Гуров.

Савинов, видимо, поняв, что снова попал впросак, предпочел смолчать. Гуров тоже испытал некоторую неловкость – все-таки он приехал сюда работать, а не воспитывать чужие кадры. Идеологические споры с этим упрямым и малообразованным юнцом уже начинали его утомлять. К тому же опять начала побаливать голова и вдобавок во рту появилась противная сухая горечь, словно он наелся древесной коры.

К счастью, продолжать утомительную дискуссию не потребовалось – они вдруг вышли из зарослей на относительно открытое пространство, где среди колючих кустов и пучков жесткой травы лежали россыпи огромных серых валунов. Россыпи эти тянулись куда-то вверх по склону холма и скрывались в тени сосновых деревьев.

Увидев этот пейзаж, Калякин оживился и принялся вертеть головой.

– Ну вот, примерно где-то здесь! – с облегчением сказал он.

Савинов задумчиво осмотрел окрестности, а потом уверено махнул рукой.

– Туда! – сказал он.

Они пошли дальше, перепрыгивая через камни. Вокруг стояла удивительная тишина. Даже свиста ветра не было слышно. Солнце ослепительно пылало высоко в небе. От нагретых камней поднимался вверх теплый воздух, слегка искажая очертания сосновых стволов.