Пленница эскорт-клуба

Именно поэтому я исправно симулировала оргазм, стонала и извивалась, позволяя ему думать, что он половой гигант. Спустя пару минут, все закончилось, я почувствовала его обмякший член и горячую сперму, густо стекающую по моим бедрам. Хорошо, что он скорострел.

Было мерзко и неприятно, я ощущала себя грязной, как будто меня вываляли в самой черной луже. Он отправился в душ, а я собравшись с мыслями отправилась вслед за ним. Они любят, когда их намывают, облизывают.

Пришлось терпеть его еще десять минут и натирать все его промежности, пока он не удовлетворился чистотой и не прекратил эти страдания.

Одевшись, он вышел. Денег не заплатил, нам не положено было иметь деньги, все расчеты велись через Майкла или администраторшу нашего клуба, точнее его клуба.

К нам относились вполне нормально, но все же, мы были бесправными секс игрушками, для удовлетворения мужской похоти и не только.

Я лежала на кровати и вспоминала, как так получилась, что я оказалась здесь в этом коттедже на окраине города. Я вспоминала Сержа, моего бывшего парня, который и привел меня сюда.

Не помню, что точно произошло, но после удачно сданной сессии мы решили отметить это событие с друзьями в клубе. Шампанское, шоты текилы и мартини, бесчисленное множество коктейлей.

После все, как отрезало. Пытаюсь вспомнить, но картинки в голове расплываются, словно в тумане. Такси, где мы с ним долго зажимались и целовались.

Помню, что Серж связал меня, помню, что была с другими мужчинами. Да, их было больше одного, но все это происходило как будто не со мной. Я раньше никогда так не напивалась, чтобы не контролировать себя. Теперь я все больше укрепляюсь в мысли, что Серж подлил мне в коктейль какой-то препарат. Но правды теперь не узнать, я застряла здесь и выхода пока не видно.

Самое неприятное во всей этой истории было мое пробуждение на следующий день. Я по-прежнему была связана и абсолютно нага, а рядом с кроватью сидел мужчина в синем костюме-тройке и загадочно улыбался.

– Я Майкл, – представился он. – Я твой хозяин.

Эти слова вызвали во мне бурю возмущения и уже открыла было рот, чтобы поставить наглеца на место, но он опередил меня.

– Никто не знает, что ты здесь.