Эпоха зараженных

Кашляю и захлебываюсь, но меня продолжают насиловать. Мужчины подгоняют его и подбадривают. Он схватился двумя руками за мою голову и рычит, отчаянно тараня мое горло.

Накачав меня своей спермой, он сразу же расслабляется и приказывает пососать ему его чертов отросток.

Я выполняю просьбу, слегка прикусывая его член до крови, за что сразу же получаю оплеуху.

– Ты это сделала специально? – кричит он в гневе.

– Простите, я случайно! – испуганно тараторю я, – Позвольте закончить!

Мне нужно, чтобы наша кровь смешалась, это наверняка поможет гораздо быстрее передать заразу!

Снова беру в рот его поганый инструмент и начинаю сосать.

Я делаю это так тщательно не из удовольствия, как может показаться со стороны, хочу довести начатое до конца и сделать этого ублюдка одни из первых зараженных. На этих четверых у меня теперь особая ставка. Сами напросились!

Завершаю начатое еще до подъезда к главным воротам порта. Мужчина от моих ласк кончает второй раз мне на подбородок и грудь.

Дрожащей рукой натягиваю маску на лицо и наблюдаю.

Внутрь фургона залезает мистер Смитт. Оценивающе смотрит на меня. Судя по крикам и борьбе, он в курсе, чем занимались его бойцы. И он явно не против их развлечений!

– Вышли все! Оставьте нас наедине!

Мужчины выскочили из фургона, а я забилась в угол и с ужасом смотрю на этого здоровяка.

– Я так понял, любишь пососать? А как насчет того, чтобы раздвинуть ножки?

– Пожалуйста, не надо! – умоляюще смотрю на него, я конечно готова к тому, что меня будут насиловать, я в монастыре долго молилась и определила для себя, что отдаю свое тело на истязания во имя Господне… Но когда опасность вот так близка… Это очень страшно!

– Снимай маску и ложись на пол фургона.

– А вы не боитесь заразиться, мистер Смитт? – с вызовом спрашиваю я его.

Он немного опешив от внезапной наглости с моей стороны, быстро стягивает с меня маску и толкает на пол.

– Новых случаев заражения уже не было несколько лет! А если бы была угроза, то я бы знал о новых вспышках! Зубы не заговаривай, делай, что говорят!

Слезы душат, но я терплю.

Когда он навалился всем телом, я ощущала только жуткое омерзение. Не понимаю, как женщинам раньше нравилось заниматься сексом? Это так больно и противно!

– Если я пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла, потому что Ты со мной; Твой жезл и Твой посох – они успокаивают меня.