1001 ночь с деканом

Что с ним происходит? Почему именно эта девчонка смогла довести его до такого состояния? Еще месяц назад он и знать не знал о ее существовании, а теперь ни секунды не проходило без мыслей о ней.

Выйдя из ванной и переодевшись в чистую одежду, Федор, сделав глубокий вдох, поехал на работу. Он заперся в своем кабинете и занялся рабочими вопросами, иначе рисковал получить выговор от ректора или, того хуже, пинок под зад из университета.

Ближе к десяти вечера в дверь его кабинета раздался легкий стук.

Девушка села за стол, куда обычно садятся родители студентов, коллеги или сами учащиеся, и скромно сложила руки на столе.

– Вы опять пришли мне помочь? – с усмешкой спросил Федор, глядя на ее пучок, из которого торчал карандаш.

– Я хочу попытаться вам помочь, мне кажется, что вы совсем потерялись.

– Ну да, конечно, – хмыкнул Федор и сел за компьютер, делая вид, что работает.

– Вы просто зациклились, и вам надо обратиться к врачу. Он поможет.

Ее слова звучали так искренне и правдоподобно, что Федор на секундочку усомнился в том, что Марина адекватна.

– Я здоров. Врач мне не нужен.

– Вы уверены?

Нихрена он не был уверен! Единственное в чем он точно был уверен, так это то, что хотел эту страшную и безвкусно одетую девчонку непонятного возраста.

– Я уверен, – буркнул Федор.

Марина встала со стула, и он слегка напрягся: уйдет она или подойдет к нему? Чего ему ожидать от этой странной?

Но Марина не сделала ни одного, ни другого. Она прошлась по кабинету, рассматривая грамоты, висевшие на стене рядом с портретом президента и что-то снова напевала себе под нос.

Федор не спускал с нее глаз, наблюдая за тем, как она вытянула руку, чтобы поправить косо висевшую рамку и при этом ее грудь выделилась из безобразной рубашки, отчего мужчина громко сглотнул.

Потом она встала на стул, стоявший рядом со столом и, встав на него, поправила фотографию президента, хотя та висела вполне ровно. Заметив невидимую пылинку на фотографии, Марина задрала подол своей длинной юбки и, поплевав на него, начала протирать рамку. При этом Федору открылся вид на ее упругую ягодицу, обтянутую все теми же трусами, которые он нюхал сегодня, сгорая от возбуждения.