Алиса в стране насильников

Я с интересом смотрела на него своими голубыми глазами.

Джордж встал и взял меня за руку:

– Пойдем, я покажу тебе мой Город.

Сумасшедший дискомфорт

Он отвел меня в спальню и включил видео на огромном телевизионном экране. Я подумала, что будет что-то в стиле Мистера Роджерса или диснеевские мультики, но на экране появились кадры шествия, которое возглавлял Джордж. Множество людей шли за ним, а потом был митинг на площади большого города. И все люди приветствовали его.

– Это мой дом, – сказал Джордж.

И вдруг пошли кадры, где голая девушка делала Джорджу минет. Я в испуге отшатнулась.

– Ну, что ты? – спросил Джордж, – что естественно, то не безобразно. Я знаю, ты уже занималась этим с Биллом. Давай, красавица, закрепим твой навык! Встань на колени…

Меня рефлекторно затошнило. К горлу подступил ком, а из глаз хлынули слезы.

– Нет, прошу, не надо! – взмолилась я.

Но договорить не успела. Джордж подскочил ко мне, сорвал с меня платье и опустил на колени. Звук молнии ширинки на несколько секунд лишил меня чувств. Член Джорджа оказался перед моим лицом, дерзко уперся в губы, пульсируя и содрогаясь в нетерпении овладеть моим бедным ротиком.

Я попыталась отстраниться, но Джордж жестко дернул за волосы, удерживая мою голову в удобном для него положении.

– Пожалуйста, не надо… – снова взмолилась я, еще надеясь на пощаду.

Но получила грубый шлепок по лицу.

– Привыкай, деточка, привыкай! – повелительно сказал Джордж. – Скоро это станет привычным для тебя делом, и ты не будешь так сильно бояться. Скажи спасибо, что пока мы не занимаемся с тобой настоящим сексом. Но это у тебя впереди. Билл говорил, что твое предназначение давать радость мужчинам? Вот и не сопротивляйся, терпи и будь покорной.

Что я, слабая и беспомощная, могла сделать? Пришлось смириться, осознав полную бесполезность что-то просить или сопротивляться.

И я покорно подчинилась, опустившись на дрожащие колени, сдерживая жгучие слезы и подступающую к горлу рвоту.

– Вот и хорошо! – сказал Джордж. – Ты должна быть послушной!

И он грубо вонзился в мой рот, одной рукой надавливая на скулы, другой держал за волосы.