Научи меня доверять…

Вот и сейчас прибежал ко мне, когда жареным запахло!

– Тань! Если я правильно помню, у тебя же дом в Дорохово остался от бабок? – это он что, так заходит издалека, чтобы я продала дом и отдала ему деньги?!

– Правильно помнишь! И что? – мне прямо интересно что будет дальше?

– А что он пустует? Не думала его продать? – и смотрит на меня самыми наивными глазами в мире.

– Нет, Руслан, не собираюсь! – даже хлеб с водой буду есть, а память о моих бабулях, о моем детстве, о счастливой жизни, ни за что не выставлю на продажу! Он свой дом, оставшийся от родителей, еще четыре года назад продал, эту информацию я узнала от соседей.

– Танюш! У меня надежда только на тебя! – подходит и как обезумевший начинает трясти меня за плечи. – Ты понимаешь, мне каюк! – произносит, брызжа на меня слюной.

Отталкиваю его от себя и брезгливо вытираю лицо. Как он надоел мне со своими проблемами!

– Ничем не могу помочь! – разворачиваюсь и открываю дверь.

– Зря ты так! Они не будут шутить! За себя и детей не боишься? – резко разворачиваюсь и припечатываю его к стене.

– Слушай меня внимательно, Русланчик! Если, не дай Бог, кто-то из твоих отморозков приблизится ко мне или детям, я тебя вот этими руками, – тычу в лицо ему указательным пальцем, – разорву на мелкие кусочки!

Резко разворачиваюсь и захлопываю дверь перед его носом. Прислоняюсь к стене в коридоре и делаю глубокие вдохи. Надо успокоится, непоседы не должны видеть меня в таком состоянии.

– Что, опять все деньги Ироду отдала? – в коридоре появляется Нина Степановна и осуждающе смотрит на меня. – И когда только закончит шастать! Прям, дорогу протоптал в эту квартиру!

– Вы о чем соседи? – в коридоре появляется Рома, в своем неизменном прикиде, в вытянутых трениках и такай же майке, открывает рот и сладко зевает, почёсывая пивное пузо.

– Да, вот! Опять этот паршивец с утра приперся! – не перестает возмущаться женщина.

– Танюш, а давай я ему мору набью! – подходит ко мне и обнимает за плечи.

Как же вы все меня достали! Я имею в виду, мужики!

– Ром, спасибо, сама как-нибудь справлюсь! – подныриваю под его руку и направляюсь к себе.

– Танюх! Ну, ты, того, обращайся, если передумаешь! – летит мне вслед.

– Ага! Как только, так сразу! – бубню себе под нос, чтобы он не услышал. – Обязательно, Ромик! – уже вслух. – Нина Степановна, давайте чаю попьем? – это уже женщине.