Твой черёд. Авель

Аромат его геля для душа и шампуня тут же попал в нос от такой близости. Я подняла руки, закрывая ладонями уши, чтобы не слышать происходящего в гостиной и чтобы картинки прошлой ночи, что делал со мной Итан, перестали проноситься у меня перед глазами.

Облегчение было недолгим, Итан почти сразу убрал мои руки, прижимая их к стене, переплетая наши пальцы и усмехнувшись, прильнул к моей шее, проводя по ней влажным языком. Я вздрогнула. Попытавшись освободить руки, он лишь поднял голову и его дерзкий взгляд не предвещал ничего хорошего.

Итан Анджело

– И куда же собралась моя маленькая канарейка? Уже забыла, что я тебе говорил? – он прервал свой шёпот всего на мгновение, чтобы посмотреть в мои глаза, – Ты теперь мой трофей, Селена!

Я пыталась себя убедить, в том, что я просто ещё не проснулась, но жаркое дыхание Итана было столь ощутимо на коже, что все попытки самовнушения сразу разбились об ужасающую реальность.

Итан Анджело

– Тебя же заводят её стоны, не так ли пташка? Ты же хочешь ещё посмотреть?!

Вопрос был риторическим, и поняла я это, когда Итан схватив меня за талию, потащил вниз по лестнице и, прислонившись к стене, спиной прижал меня к своей груди. Вцепившись железной хваткой в мой подбородок, он не позволял мне отвернуть голову от гостиной, а спустя несколько секунд прижался губами к моему уху.

Итан Анджело

– Смотри Сэлли, как она прыгает на твоём муже.

Самое противное не то, что Итан заставлял меня смотреть на это, а то, что Авель без тени смущения вглядывался в мои глаза, сдвинувшись немного в сторону.

– Я научу тебя всему, птичка. Сделаю тебя ненасытней любой продажной шлюхи. Ты будешь умолять на коленях, чтобы хоть один из нас взял тебя. Я вытрахаю из тебя всю твою наивность и скромность, ты станешь зависимой от наших тел.

Его пальцы вцепились в футболку на моём животе. Проведя языком по мочке уха, я задрожала. Как бы я не пыталась отвести глаза, эти двое, что без стеснения продолжали сношаться при зрителях, всё равно попадали в поле моего зрения. Рука Итана заскользила выше, и он болезненно сжал мою грудь. Не хватало еще, если в его прогнивший мозг проскользнёт мысль, что будет здорово присоединиться к ним, такого унижения я точно не переживу.