Мастер жестокости

«Вот тебе, бабушка, и Юрьев день», – подумал сыщик, механически делая еще один глоток вина.

– Ты меня слышишь? – уточнил генерал и, получив уверение в том, что его внимательно слушают, продолжил свое сенсационное сообщение: – В общем, это татуировка, выполненная на коже хомо сапиенса. Не менее погано то, что ДНК более чем на девяносто восемь процентов совпадает с ДНК Олега Емельяновича. Рисунок, иными словами, выполнен на коже его близкого родственника, не исключено, что и сына.

Гуров признал, что впечатлен услышанным, и, скорее всего, не стоит Ректору сообщать эту новость сейчас.

– Согласен, – проговорил Орлов. – Несмотря на то что первым эту версию озвучил он сам, вряд ли он ждет ее документального подтверждения.

– Да, не стоит добивать старика-сердечника, хотя поворотец эффектный, – признал Гуров. – А по поводу свежести материала соображения имеются?

– Ах, материал… – Генерал запнулся. – Он, по словам эксперта, подвергся серьезной обработке, установить возраст при стандартных условиях со стопроцентной точностью не представляется возможным.

– А то и полгода. Понимаю. Завтра вплотную к работе над этим делом приступим.

– Да, видишь ли, какая ситуация. Приступать-то пока не к чему, Лева. Пан Ректор-то не заявлял о пропаже отпрыска.

– Да, мы об этом знаем, в окружении говорили, что у них был конфликт, папа типа полагал, что сын не желает с ним общаться. Муть какая-то. Я бы скорее предположил, что это папа не настроен общаться с единственным отпрыском, скорее всего, полагая его таким образом… воспитать, что ли.

– Ну а теперь папа полагает, что сына убили.

– Да, и это помню. Довоспитывался. Заявление-то он подавать собирается? И если да, то куда? Сразу в главк или все-таки постесняется и обратится по месту последнего проживания?

Генерал подавил вздох:

– Лева, я за него ручаться не могу. Но точно знаю, что он не постесняется сделать пару звоночков другим своим «дорогим мальчикам», а потом нагадить нам.

Гуров был вынужден признать, что эта версия вполне жизнеспособна.

– Мы имеем дело с человеком большого влияния, способным нагадить, даже пребывая в коме, не то что в полумертвом состоянии. Ты ведь, надо полагать, знаешь, кого он образовывал на юрфаке Ленинградского универа?

– Как не знать, он всем уши этим фактом прожужжал.

– Ну вот.