Хрустальные души

Перед отъездом мы с Ридом расстались на не очень хорошей ноте и в течение пяти лет совсем не общались. Ну, а если быть точнее, то я призналась ему в любви, как наивная дурочка, надеясь, что он ответит взаимностью. Мужчина никак не отреагировал на признание. Я наделась, что это просто привязанность, и она пройдёт, но… Она не прошла, а только ещё больше засела в недрах души. Я тогда очень обиделась, глупо и по-детски, и уехала, даже не попрощавшись с ним, о чём жалела каждую ночь вдали от него. Сейчас неловкость того момента накрыла меня с головой, будто и не было этого времени, будто я – всё та же шестнадцатилетняя наивная влюблённая дурочка.

Никто не знал о моей слабости, о признании в любви, потому что если бы Рид проронил хоть слово, то Мэтт с порога задразнил бы меня этим.

– Ты очень изменилась, милая, – голос Даяна вернул меня в реальность. Парень, облокотившись на спинку дивана, не сводил с меня глаз, разглядывая моё лицо, волосы и одежду. Марк с Мэттом сидели напротив, а Кас нашёл себе местечко слева от Даяна между нами и парнями.

– От моей маленькой хрупкой сестрёнки остались только всё те же синие глаза… Ты стала очень красивой девушкой, – брат произносил это будто с гордостью, широко улыбаясь. Ему определенно нравилось то, что он видел перед собой.

– Ты меня совсем засмущал, Даян, – и в подтверждение этих слов я почувствовала, как запылало моё лицо.

Наш разговор прервала открывшаяся входная дверь.

– Меня не будет несколько дней, все вопросы до понедельника.

Рид был в строгом деловом костюме-тройке тёмно-серого цвета, с расстёгнутым пиджаком и в чёрной рубашке. Слегка взъерошенные ветром волосы каштанового цвета делали его ещё привлекательнее.

Он заметно возмужал, и из парнишки в моих юношеских воспоминаниях превратился в обольстительного, горячего и чертовски сексуального мужчину. Голос стал чуть грубее и выразительнее. Боги, я снова пропала! Эти широкие плечи, сильные руки, высокие скулы и изумрудные глаза в обрамлении густых длинных ресниц всегда притягивали к себе моё внимание.

Внизу живота приятно тянуло, бабочки внутри были готовы вырваться наружу, а вся кожа начала гореть. Рид выглядел словно греческий бог, сошедший со своего Олимпа.

Мужчина остановился в центре холла и, впившись в меня взглядом, выронил из рук телефон, который только что был у его уха, а теперь вдребезги разбился о мраморный пол.